Где снимали «Три тополя на Плющихе»: легенды московских локаций
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Киноманы / Новости: сериалы, фильмы, премьеры»
Фильм «Три тополя на Плющихе» Татьяны Лиозновой — не просто мелодрама о случайной встрече двух людей на московских улицах, а своего рода экскурсия по столице конца 1960-х. Хотя режиссёрская фильмография Лиозновой не так уж велика, в ней есть всё — от «Семнадцати мгновений весны» до «Карнавала» и мрачно-философского «Конца света с последующим симпозиумом». Но именно «Три тополя на Плющихе», снятый в 1968 году, закрепил в советской культуре образ молчаливо ожидающего чуда кафе на городской окраине, да так, что даже герои «Джентльменов удачи» с усмешкой вспоминали «три тополя».
Первоначальный сюжет был адаптирован с рассказа Александра Борщаговского «Три тополя на Шаболовке», опубликованного в журнале «Огонёк» в 1966 году. Особых фуроров публикация не произвела, а вот Лиознова в ней углядела то самое зерно. Главное условие режиссёра — избавиться от Шаболовки, чтобы избежать навязчивых ассоциаций с телевидением, и перенести действие на загадочную Плющиху. Борщаговский согласился без уговоров, резюмировав: с этого момента история принадлежит экранизации.
По сюжету деревенская женщина Нюра (Татьяна Доронина) едет в Москву продавать домашнюю ветчину. У вокзала её подбирает таксист Саша (Олег Ефремов). Между ними возникает тонкая и краткая симпатия, которая растворяется в московских пробках и неслучившемся свидании. Почему Нюра к нему не пришла — тайна жизни: в деревне её ждёт муж-деспот и дочка. Мелодрама с открытым финалом и песней Пахмутовой «Нежность», прославившей Доронину, стала горьким гимном невысказанным чувствам.
Ефремов и Доронина были хорошо знакомы по сцене и съёмкам, их тандем в «Трёх тополях» стал символом московской интеллигентности и уязвимости. Главный третий герой — сама Москва: строгость Комсомольского проспекта, кафе напротив Дома архитекторов на Ростовской набережной, звонкие вокзалы, церковь на Поварской. Выбор локаций выразителен — селение Смедово, станции Зарайск для деревни, аутентичные московские улочки, часть из которых теперь канули в Лету.
Знаковые места в фильме: короткая улица Тимура Фрунзе, где Саша забирает Нюру; Пожарский переулок, известный домом, напоминающим пилу; площадь Дзержинского с когда-то стоявшим памятником; суетные вокзалы — Ленинградский, Ярославский, Казанский; Большая Пироговская, Новый Арбат, угол Поварской с церковью Симеона Столпника (городской ориентир не раз мелькавший в киношедеврах).
Особенно памятен момент, когда герои пережидают дождь в переулке Сивцев вражек, и Нюра поёт «Нежность». Финальная точка — Дом архитекторов на Ростовской набережной (дом с «вмятиной» в центре — привет творчеству архитекторов-акробатов) рядом с исчезнувшей церковью Благовещения Господня. Кафе из фильма соорудили специально к съёмкам — теперь там нет ни тополей, ни трёх встреч: кино закончилось, осталась только память.
PEREC.RU
Рассказ о том, как «Три тополя на Плющихе» продают нам не только историю Нюры и Саши, но и целую фотосессию по московским достопримечательностям. Прямо с первых кадров зрителя встречает уже не живая Москва, а город-открытка: смотри — Комсомольский проспект, вон Тимура Фрунзе и кинотеатр «Фитиль» для полноты архитектурной безысходности. Мгновенно становится ясно: главная интрига не в том, придёт ли Нюра на свидание, а выживет ли после съёмок хоть одна городская локация.
Оригинальный рассказ Борщаговского, как выясняется, был мимоидущей публикацией, но попал в лапы Лиозновой, которая не побоялась отнять у зрителей Шаболовку, чтобы не смешивать с телевидением. В итоге все разъезжают по загадочной Плющихе — может, и без привязки к брендам, зато с вечным ощущением заблудившейся жизни.
Герои фильма обречены колесить между вокзалами, общежитиями с формой жевательной резинки и кафе-призраками, явно с прицелом на будущих экскурсоводов: мол, тур по улицам, которых уже не узнать. Такси мчится по ненужным маршрутам, тополя из одного рассказа стоят на Шаболовке, а на Плющихе уже - только срубленный мираж: декорация в 6-м Ростовском переулке. Если верить фильму — в Москве любви всегда не хватает пары билетов на вечер, зато архитектурных «вмятин» хватает на всех.
По итогу — ни тополей, ни хэппи-энда, только тень памяти и песня, расплывшаяся между такси и повседневностью советской жизни. Ирония в том, что, несмотря на все сложности, схема работает: фильм раз за разом вызывает у зрителя ностальгию по той самой Москве, где каждый камень знает свою драму.
