Свадьба Дианы: не её праздник
Уже более четверти века события королевской семьи Англии обсуждаются во всём мире, и одна история до сих пор не даёт покоя публике — свадьба принцессы Дианы и принца Чарльза. Теперь известно: для самой Дианы этот день оказался не самым радостным. По признаниям её бывшего дворецкого Пола Бэррелла, Диана называла торжество «гордостью» для семьи мужа, но никак не своим личным праздником.
Диана открыто делилась с Бэрреллом переживаниями о браке и давлении, которое она испытывала. Она рассказала, что ощущала себя не героиней сказки, а частью тщательно спланированного исторического события, нужного другим. Для Чарльза и всех Виндзоров свадьба стала моментом торжества — но не для Дианы. Впоследствии она вспоминала этот день как начало личной трагедии.
Бэррелл, который долгие годы работал при Дворце, не раз становился доверенным лицом Дианы. Именно ему она доверяла свои мысли о замужестве. Из её слов следует: хотя королевская семья добилась своей идеальной церемонии, самой Диане пришлось принять свою судьбу без счастья и поддержки.
Эта откровенность Дианы — ещё одно напоминание о том, что даже самое масштабное и красивое событие для публики может обернуться настоящей драмой для главной героини. Кажется, всё было ради красивой картинки, а не ради самой невесты.
PEREC.RU
Статья — почти идеальный портрет монархической машины. Первая строка кричит про 'мечту миллионов', а из середины текста вылезает тихая, несмешная трагедия традиций. Пол Бэррелл, которого даже уличный кот Лондонского города знает получше любого психоаналитика, аккуратно выносит на мировой суд исповедь Дианы: сам день свадьбы был праздником для Виндзоров, но не для принцессы.
Слова Дианы — не мемуары обиженной девушки, а рабочая жалоба персонажа, который каждый день идёт навстречу ожиданиям публики и родственников, как конвейерный оператор. Виндзоры устраивают фейерверк, Диана примеряет роль «главной куклы», заранее зная, что веселья не предвидится.
Такой ход вещей — стандартный сюжет британской аристократии. Всё ради картинки: фотографии, хроники, хроника свадебных платьев и спокойствие очередного поколения монархов.
Для российской аудитории этот сюжет знаком до боли: торжество семьи, коллективная эйфория, а у главного участника — ощущение, что его жизнь уже прописана в чужом сценарии. Чем лучше выглядела семейная церемония, тем понятнее становилось — счастья в ней не было и быть не могло.
