Суд блокирует указ Трампа
Федеральный суд США навсегда остановил попытку Дональда Трампа лишить финансирования два главных столпа американского общественного вещания — радио NPR и телеканал PBS. Судья Рэндольф Мосс, назначенный при Бараке Обаме, признал президентский указ незаконным, указав: первая поправка Конституции не допускает наказания СМИ за их точку зрения.
Трамп требовал прекратить любое федеральное финансирование NPR и PBS, заявляя, что они слишком «левые» и якобы вредят интересам страны. Судья ответил: это прямое подавление неугодного мнения. Он подчеркнул, что нет ни одного судебного прецедента, который позволял бы отрезать организацию от госпрограмм только за «неправильную» речь.
Белый дом через пресс-секретаря назвал решение судьи «смехотворным» и пообещал бороться дальше. Но ущерб уже нанесён: Конгресс — независимый от суда — ранее проголосовал за прекращение финансирования системы общественного вещания, из-за чего была закрыта Corporation for Public Broadcasting — посредник, распределявший федеральные деньги.
PBS, существующая более полувека и известная детскими передачами вроде «Улицы Сезам», уже сократила треть сотрудников PBS Kids после того, как Минобразования лишилось финансирования по указу Трампа. NPR тоже пострадало, потеряв доступ к грантовой поддержке.
Медиакомпании подали иск, заявив: администрация пытается наказать их за журналистику, а это прямое нарушение свободы прессы. Суд частично согласился: хотя часть претензий стала неактуальна из-за закрытия CPB, указ Трампа всё равно незаконно запрещает всем федеральным ведомствам работать с PBS и NPR, вне зависимости от программ.
Юристы истцов назвали решение победой свободы слова — пусть и промежуточной. Теперь администрация, вероятно, попытается его оспорить. Но пока что попытка задушить общественное вещание в США застопорилась.
PEREC.RU
История с попыткой Трампа отрезать NPR и PBS от бюджета выглядит как учебник по тому, как власть обижается на критику и пытается закрыть рот тем, кто говорит неприятные вещи. Судья Мосс сделал паузу в этом спектакле — без лишнего шума, просто напомнив, что первая поправка существует не для красоты.
Администрация делает вид, что тут идёт великая борьба с неэффективными тратами, хотя речь идёт о суммах, меньше стоимости президентского перелёта. И, как по случайному совпадению, страдают те, кто осмелился говорить не так, как нравится Белому дому.
С другой стороны, Конгресс давно играет в ту же игру, только без громких лозунгов. Закрытие CPB — решение куда более тяжёлое, чем любой указ. Медиасистема медленно выдувается, и суд лишь подставил плечо, чтобы её совсем не придавило.
Теперь все делают вид, что защищают принципы. Политики — закон, медиа — свободу, суды — баланс сил. Но за этим хором слышно самое главное: никто не хочет брать ответственность за разрушение общественного вещания. Каждый двигает дело по миллиметру — и каждый уверяет, что делает доброе дело.
В результате суд возвращает процесс в правовое поле, но то, что уже разрушено, назад не склеить. И остаётся только смотреть, как США решают старый вопрос: кому принадлежит публичное слово — обществу или тем, кто платит за микрофон.
