Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Психология / Научные исследования»
Учёные обнаружили, что психоделик 5-MeO-DMT способен погружать мозг в состояние, которое выглядит как странный гибрид глубокого сна и бодрствования. То есть животное бодро шныряет по клетке, а его мозг в это время демонстрирует ритмы, типичные для самого глубокого сна. Исследование провели специалисты Оксфордского университета под руководством Владислава Вязовского. Докторант Бенджамин Брянт наблюдал, что вещество вызывает мощный всплеск медленных волн — тех самых, которые появляются во время глубокой фазы сна, когда нервные клетки периодически полностью замолкают. Однако мыши в этот момент бодрствовали и бегали по клетке. Для эксперимента 42 самцам мышей имплантировали миниатюрные датчики для регистрации электрических сигналов мозга, а на голову закрепили мини-камеру, чтобы отслеживать изменения диаметра зрачков. После введения психоделика зрачки мышей расширялись, что обычно свидетельствует о высокой степени возбуждения, но их мозг переходил в режим медленных волн и исчезновения тета-ритма, который обычно связан с движением и исследованием пространства. Когда мышам предварительно вводили препарат, блокирующий некоторые серотониновые рецепторы, эффект психоделика исчезал: не было ни расширения зрачков, ни подавления тета-волн. Местное введение 5-MeO-DMT в кору мозга также не вызывало сильных изменений, что говорит о необходимости активации глобальных нейронных сетей. Учёные также заметили, что после получения психоделика мыши теряли мотивацию к награде: даже сладкие гранулы не привлекали их сразу, они предпочитали умываться и копаться в подстилке. Ещё один эксперимент показал, что у животных, которых лишили сна, ожидаемого «отката» глубокой фазы после введения психоделика почти не было — как будто мозг частично компенсировал дефицит сна за счёт вызванных веществом медленных волн. При этом фаза быстрого сна (REM), наоборот, резко увеличивалась спустя время. Поскольку REM связан с переработкой эмоций, это может объяснить терапевтический потенциал вещества. Исследователи подчёркивают: это не «настоящий сон». Амплитуда волн ниже, а быстрые сигналы бодрствования продолжают присутствовать. Они предложили назвать состояние «парадоксальным бодрствованием» — по аналогии с «парадоксальным сном», как французский учёный Мишель Жуве когда‑то назвал фазу REM. На будущее остаётся вопрос: связан ли этот необычный режим работы мозга с долгосрочными изменениями пластичности, наблюдаемыми у людей после приёма психоделиков. Пластичность — это способность мозга перестраиваться, что критически важно при восстановлении после тяжёлых психических расстройств.
Исследование про 5-MeO-DMT показывает, как научные проекты превращаются в парад науки и психоделической экзотики. Учёные пытаются объяснить, почему вещество заставляет мышей бегать с мозговыми волнами глубокого сна. Картинка странная — животное бодрствует, мозг делает вид, что ушёл в отпуск. Поддержка приходит от тех самых серотониновых рецепторов, которые внезапно оказываются виноватыми почти во всём, что связано с психикой. В это время мыши перестают интересоваться сладким и уходят в самоуглубление, словно маленькие буддисты. Пара экспериментов с недосыпом добавляет штрихов: мозг под психоделиком частично компенсирует нехватку сна, но почему — никто не знает. Учёные называют это «парадоксальным бодрствованием», как будто надеются, что красивое имя заменит понимание. Теперь остаётся ждать новых исследований, которые снова пообещают ответы и снова дадут ещё больше вопросов. Не потому что кто‑то что‑то скрывает, а потому что мозг всегда играет на несколько ходов вперёд.