Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Психология / Научные исследования»
Новое исследование, опубликованное в журнале Personality and Individual Differences, показывает: физическая привлекательность в детстве и подростковом возрасте способна слегка, но стабильно предсказать развитие социально эффективной личности во взрослом возрасте. Иначе говоря, чем симпатичнее ребёнок или подросток, тем выше шанс, что во взрослой жизни он будет лучше ориентироваться в социальных ситуациях.
Психологи изучают характер человека через так называемую «Большую пятёрку» — открытость, добросовестность, экстраверсию, доброжелательность и нейротизм. Часто люди проявляют высокий уровень нескольких позитивных черт сразу. Это создаёт общий психологический профиль, который исследователи называют «генеральным фактором личности» — неким интегральным показателем социальной эффективности. Люди с высоким значением этого фактора обычно умеют взаимодействовать с другими эмоционально грамотно, спокойно и конструктивно.
Ранее учёные уже замечали связь между этим фактором и физической привлекательностью: более привлекательные взрослые нередко набирают более высокие показатели по общей социальной эффективности. Новая работа проверила, действительно ли ранняя внешность может предсказывать такой профиль спустя десятилетия — и насколько эта связь связана именно с общим фактором, а не отдельными чертами.
Для исследования использовали данные двух масштабных долгосрочных проектов. Первый — Wisconsin Longitudinal Study, начавшийся в конце 1950‑х. В нём наблюдали за 10 317 школьниками из Висконсина. В текущий анализ вошли 6 248 человек. Их привлекательность оценивали по фото из школьных альбомов — двенадцать независимых экспертов ставили оценки по одиннадцатибалльной шкале.
Личность участников изучали намного позже — около 35 лет. Данные опросов и телефонных интервью позволили вычислить показатели «Большой пятёрки» и выделить генеральный фактор личности. Итоги оказались достаточно однозначными: подростковая привлекательность была связана с более высокими показателями открытости, экстраверсии и — что особенно важно — общего социального фактора.
Когда учёные математически «убрали» влияние общего фактора, связь привлекательности почти со всеми чертами исчезла. Осталась только открытость. Это подтверждает: важнее не отдельные черты, а общий социальный профиль.
Вторая часть исследования использовала данные британского проекта National Child Development Study — наблюдения за 17 419 детьми, рождёнными в одну неделю в 1958 году. В выборку вошли 6 789 человек. Их привлекательность в 7 и 11 лет оценивали учителя. «Привлекательными» считали тех, кого так характеризовали оба раза.
Когда этим участникам исполнилось 50–51 год, они прошли подробный личностный опрос. Итог: детская привлекательность была связана с интеллектом, добросовестностью, доброжелательностью и общим фактором личности. После учёта общего фактора осталась связь только с добросовестностью, а экстраверсия неожиданно ушла в отрицательную зону.
Эффект, хотя и устойчивый, очень небольшой: вывод «красивые дети — лучшие люди» делать нельзя. Учёные подчеркивают, что генетическое объяснение оказалось слабым и причинно‑следственный механизм пока не ясен. Возможное объяснение — «эффект ореола»: симпатичным детям часто уделяют больше положительного внимания, и это со временем формирует их социальные навыки.
Авторы подчёркивают, что дальнейшие исследования должны изучать изменения внешности и личности на разных этапах жизни, чтобы лучше понять, как именно формируется эта связь.
Исследование про детскую привлекательность учёные подают как открытие, хотя по сути это старая история про то, что симпатичных детей чаще гладят по голове. Наблюдения за американскими и британскими выборками растянули на десятилетия, чтобы вывести один аккуратный вывод — слегка привлекательные дети становятся слегка более социально эффективными взрослыми.
Тут важно не перепутать темп с содержанием. Исследователи долго говорят о «генеральном факторе личности», будто за этим стоит тайный ингредиент, а не агрегат из привычных черт поведения. Но звучит убедительно, будто формула успеха спрятана в школьном альбоме между пожеланиями одноклассников.
Анализ данных строится на оценках экспертов и учителей. То есть взрослые люди задним числом валидируют то, как выглядел ребёнок — идеальный рецепт для повторения собственных стереотипов. Особая пикантность — наблюдаемая связь исчезает, как только убрать общий фактор. И тогда остаётся парочка черт, не способных удивить даже ленивого психолога.
Генетика, на которую исследователи надеялись, подвела. Пришлось признать, что загадку не решить так просто. На горизонте снова возникает старый добрый «эффект ореола» — красивая обложка создаёт красивое содержание. Учителя хвалят, сверстники улыбаются, и социальные навыки растут сами по себе. Притирка мира к внешности — ничего нового.
Исследование в итоге предлагает не объяснение, а мягкое напоминание: общество неравномерно распределяет внимание и поддержку. Тот, кто в детстве получал больше улыбок, позже получает чуть больше социальных дивидендов. Экономика человеческого отношения работает без выходных.
Романтики ищут в таких данных доказательство предопределённости. Практики видят социальный механизм, работающий по давно прописанным правилам. И если эффект от внешности настолько мал, то главным актором остаётся сам человек, а не его школьное фото.