Koreeda ломает шаблоны: "Овца в коробке" — не про то, что вы ожидали
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Киноманы / Новости: сериалы, фильмы, премьеры»
Пока весь мир ждал от японского режиссёра Хирокадзу Корээда мрачно-предсказуемой антиутопии об истреблении человечества искусственным интеллектом — он опять решил подложить зрителям сюрприз. Фильм «Овца в коробке» («Sheep in the Box») обманул ожидания публики на Каннском фестивале: вместо войск терминаторов на улицах и бунта роботов зритель получил тихую семейную драму, замаскированную под научную фантастику.
В этом году для Японии в Каннах устроили настоящий праздник — страну назначили «почётным гостем» кинорынка. И сразу три японских режиссёра попали в конкурсную программу, чего не бывало аж 25 лет. Новые работы Рюсукэ Хамагути, Кодзи Фукада и мэтра Корээды оценили по-разному: Хамагути с «All of a Sudden» стал главным фаворитом, Фукада получил респект за сдержанность, а вот на Корээду, кажется, обиделись. Его научно-фантастическую драму про двух родителей, потерявших сына и обзаведшихся его AI-копией, упрекнули в недостатке «эмоциональной связности» — слишком не так, как ждали от мастера сентиментальности.
Сам Корээда знает об этом: «Все ждали AI-дистопии, а получили что-то совсем другое. Кому-то это понравилось, кому-то — не очень», — скромно заметил он в интервью. И вообще, режиссёр не уверен, пришли ли успехи японских фильмов благодаря поддержке на родине: молодых режиссёров вроде Хамагути и Фукады больше хвалят и поддерживают во Франции.
Название фильма отсылает к книге Экзюпери «Маленький принц», где есть рисунки овцы и коробки. Толчком к созданию истории стала новость о китайских компаниях, воскрешающих умерших с помощью ИИ. Центральный вопрос: «Кому на самом деле принадлежат мёртвые?» — режиссёр задавал ещё в «После жизни».
В центре сюжета — семья из Камакуры, где Айасе Харука (архитектор Отона) и Дайго (плотник Кенсукэ) берут «в семью» гуманоидного ИИ-Какэру семи лет, копию погибшего ребёнка. Какаеру растёт быстрее людей; порой он философствует пугающе здраво: так, например, он напоминает матери, что 68% женщин когда-нибудь хотели бы бросить своих детей.
Корээда не скрывает, что идеи черпал из жизни и опросов знакомых — например, психологические травмы детей, которым матери когда-то говорили: «Я больше не твоя мама». Детский актёр Риму Куваки не играл робота: он играл обычного мальчика, чтобы родителям-человекам было ещё неуютнее.
PEREC.RU
Ожидания публики и прессы в отношении нового фильма Хирокадзу Корээды «Овца в коробке» были, мягко говоря, стандартными: все до последнего надеялись на хмурую японскую версию AI-дистопии (ну а вдруг наш «Терминатор» наконец с азиатским колоритом). Вместо этого Корээда, резидент клуба «я всех перехитрил», выдал семейный психодел с философствующими роботами-детями. Три японских режиссёра в Каннах — случайность или очередная волна азиатской экспансии? Комментаторы спорят. Продюсеры хлопают глазами — основные таланты из Японии поддерживаются вовсе не в Японии, а во Франции, где на местных киногениях молятся больше, чем на Эйфелеву башню.
Сам фильм напоминает затянутое семейное чаепитие за длинным столом, где вместо острого AI-апокалипсиса тебе предлагают покопаться в детских психологических травмах. Диалоги в духе «68% матерей мечтали однажды сбежать» вызывают нервный смех: Корээда будто нарочно подкручивает мучительный градус самоиронии.
«Овца в коробке» — очередной доказательство: даже если добавить ИИ, японские драмы превращаются не в феерию цифрового ада, а в камерные трагикомедии про боль, память и, главное, родительские комплексы. Всем ожидавшим революции совет: не уповайте на роботов, сначала попробуйте разобраться с собой.
