Как родилась «Bugonia»

Сценарист Уилл Трейси, известный по сериалу «Succession» и фильму «The Menu», неожиданно оказался автором сценария, который впервые в карьере заинтересовал режиссера Йоргоса Лантимоса — человека, обычно снимающего только собственные истории. Так родилась «Bugonia», американская адаптация корейского фильма 2003 года «Save the Green Planet!». Сам Лантимос придумал новое название — от древнегреческого мифа о существ, возникающих из туши мертвого быка. Звучит как флора, фауна и психиатрический диагноз одновременно — именно эта многослойность и зацепила Трейси.

Проект к нему пришел от Ари Астера примерно шесть лет назад. Трейси сначала не хотел браться: он не видел оригинал и в целом не мечтал о ремейках. Но посмотрел фильм и через пять минут понял, что материал «пишется сам». Он решил взять лишь основу сюжета и ключевые события, а остальное создать заново, избегая копирования. После этого Трейси больше ни разу не вернулся к оригиналу — чтобы чужие сцены не крутились в голове.

Во время локдауна Трейси работал над сценарием, переболел COVID, а Астер лишь мягко направлял, советуя сделать историю современной, американской и наполнить ощущениями той тревожной эпохи. И получилось: «Bugonia» оказалась невероятно актуальной, отразила нерв общества и собрала в мире 40 млн долларов, а сам сценарист получил номинации Critics Choice, BAFTA, WGA и даже «Оскар».

Одним из первых ключевых решений стало изменить пол главной героини — CEO, похищенной двумя конспирологами. Чтобы избежать лишней «грязи», Трейси добавил в первые страницы эпизод с их химической кастрацией — своеобразный способ снизить уровень эксплуатационных тем. Когда сценарий отправили Лантимосу, тот принял его почти мгновенно и сразу переслал Эмме Стоун.

Лантимос, известный любовью к переписыванию, внес свои корректировки. Не меняя архитектуру сюжета, он предложил не произносить слово «инопланетянин» первые 20 минут и иначе показать финал, где человечество внезапно погибает. Он отказался от момента падения людей замертво — предпочел «натюрморты», где тела уже лежат без движения. Получилось более странно и спокойно — и оттого сильнее.

Герой Джесси Племонса, похититель-пчеловод Тедди, поначалу выглядит типичным фанатиком. Но Трейси писал его с эмпатией: человек, чувствуя изолированность и обман со стороны систем — фармкомпаний, технологий, полиции, капитализма, — создает собственное объяснение миру. Трейси хотел избежать образа «интернет-озлобленного инцела» и дать ему аргументы, звучащие частично разумно. Чтобы балансировать, он сделал CEO Стоун не менее убедительной — их словесные дуэли и стали сердцем фильма.

Трейси задумывал «Bugonia» как комедию, в которой абсурд рождается из того, что актеры играют всё абсолютно серьезно. Лантимос усилил это и добавил жестокости, которой в сценарии было меньше. Сейчас у Трейси несколько проектов в разработке, включая фильм, который он хочет поставить сам. Он шутит, что уже привык ждать: ради «Bugonia» ему пришлось ждать, пока Лантимос снимет два других фильма.