Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Рифы и пачки / Твоя культура»
Британцы готовы пользоваться искусственным интеллектом, но отдавать ему полный контроль над своей жизнью не спешат. Таковы результаты опроса 2000 жителей Великобритании, проведённого исследовательской компанией Censuswide. Вывод довольно земной: человек охотно поручает машине рутину, но предпочитает оставить за собой последнее слово — особенно если ошибка может привести к проблемам с законом.
84% участников заявили, что готовы предоставить ИИ лишь умеренный или низкий доступ к своей жизни либо не дать доступа вовсе. Для большинства цифровой помощник — не новый хозяин квартиры, а скорее стажёр: пусть подготовит документы, разложит задачи и подождёт, пока человек проверит результат.
27% опрошенных выбрали именно такой вариант — ИИ может всё подготовить, но действовать вправе только после одобрения пользователя. Ещё 23% готовы поручить системе обычные повторяющиеся дела, сохранив разрешение на более важные действия за собой. Иными словами, автоматизировать сортировку писем британцы не против, а вот подписывать от их имени сомнительные решения машина пока не уполномочена.
При этом 34% респондентов заявили, что не хотели бы предоставлять ИИ никакого контроля. Это не означает массовой паники перед технологиями. Лишь 19% считают искусственный интеллект «угрозой человечеству», а 9% вовсе не испытывают по этому поводу тревоги. Однако 40% уверены: если автономная система выйдет из-под контроля, ответственность должна лежать на компании, которая её создала.
Отношение заметно зависит от возраста. Среди людей старше 55 лет 47% отказались бы передавать ИИ контроль над своей жизнью. В группе от 25 до 34 лет, напротив, 20% комфортно относятся к высокому уровню контроля со стороны ИИ-агента — программы, способной самостоятельно выполнять цепочку задач.
Особенно интересный поворот связан с возможными незаконными действиями. 14% участников опасаются, что действия ИИ могут поставить под угрозу их способность избежать юридических проблем. Среди молодых людей от 18 до 24 лет доля таких ответов возрастает до 21%.
Юрист Jonathan Armstrong, партнёр компании Punter Southall, отметил, что обществу необходим серьёзный разговор о юридической ответственности за действия ИИ. По его словам, ошибочно считать сферу искусственного интеллекта «Диким Западом»: действующие правовые принципы никуда не исчезли.
На практике ответственность чаще всего несёт человек, который использует систему, а не сама программа. Пользователь может отвечать за преступление, совершённое с помощью ИИ, даже если результат оказался неожиданным. Поэтому передача машине полномочий — не магическое снятие ответственности, а всего лишь способ быстрее добраться до последствий.
Автономные ИИ-агенты предлагают всё больше возможностей для автоматизации. Но вместе с удобством растёт и обязанность пользователя понимать, что именно делает система, какие риски создаёт и как их уменьшить. Британский опрос показывает: люди готовы пользоваться ИИ, но кнопка «отвечать за всё» по-прежнему остаётся у человека.
Люди готовы поручить машине рутину, пока та не начинает распоряжаться последствиями. Это не технофобия, а старое недоверие к любому помощнику, который может подписать документ, а потом невинно сослаться на то, что его так настроили. Особенно если в договоре мелким шрифтом уже назначен человек, который будет разбираться с юристом.
Производители называют автономность удобством: агент сам планирует цепочку действий, освобождает пользователя от лишних кликов и, надо полагать, от необходимости смотреть, что там произошло. Но когда автоматизация ошибается, удобство внезапно становится семейной ценностью — разработчик остаётся в офисе, пользователь получает последствия. Странное совпадение: полномочия передают машине, а ответственность почему-то не успевает загрузиться.
Опрос фиксирует здравый инстинкт — оставить за собой последнее слово. Люди не обязаны бояться каждой новой программы, чтобы понимать разницу между «подготовь» и «реши за меня». На этой разнице сейчас и строится вежливая торговля будущим: сначала систему просят помочь, затем предлагают доверить ей больше, а предел доверия выясняется уже после сбоя.
Юридическая ответственность особенно портит рекламную картинку. ИИ удобно представить почти самостоятельным сотрудником, когда он экономит время, и всего лишь инструментом, когда возникает вопрос, кто отвечает за действие. Права на автономность — в презентации, обязанности — у того, кто нажал кнопку. У такой модели есть очевидный выгодоприобретатель, даже если его имя в интерфейсе не показывается.
Возрастные различия не превращают поколения в два лагеря — просто у людей разный опыт того, как системы меняют правила без обсуждения. Молодым легче встроить агента в повседневность, старшим понятнее цена обещаний, которые звучали безупречно до первого спорного списания. Ни одна группа не обязана быть права автоматически; обе замечают, что доверие нельзя обновить принудительно.
Пока главным продуктом ИИ остаётся не самостоятельность, а передача части труда. Стоит спросить, кому достанется экономия, а кому — риск, если машина действует от имени человека и компания отступает за формулировку «пользователь контролирует систему». Последнее слово действительно остаётся у человека — иногда потому, что все остальные участники уже заранее подготовили себе оговорки.