Швейк отдыхает. Жизнь Гашека — это фарс, который не дописал автор

Играл и жил. Советский след в биографии мистификатора Ярослава Гашека

Знаменитый писатель Ярослав Гашек, подаривший миру самого весёлого персонажа военных баталий — бравого солдата Швейка, — прожил жизнь, которая сама по себе достойна пера сатирика. Он был анархистом, депутатом от партии «Умеренного прогресса в рамках закона», торговцем фальшивыми собаками и… красным комиссаром. 30 апреля — 143 года со дня его рождения, и это отличный повод вспомнить, как чешский мистификатор оказался в центре Гражданской войны в России.

Вся наша жизнь — игра

Родившийся в Праге, Гашек с детства превратил рутину в театр абсурда. Юный бунтарь бросил гимназию, шатался в походах, а работая в банке, мечтал не о деньгах, а о свободе. Окончив Торговую академию, он стремительно ворвался в литературу. Его оружием был гротеск. Работая в журнале «Мир животных», он придумывал несуществующие виды — например, «домашних вурдалаков». А однажды так красочно описал доисторическую блоху, что ввёл в заблуждение научные умы Европы.

Гашек был полиглотом. Путешествуя, он жадно впитывал языки, что помогало его литературному дару. Наследие писателя-фельетониста огромно. Первый набросок Швейка появился в 1911 году на салфетке в трактире. Изначально это был рассказ об «идиоте на службе», который на медосвидетельствовании доказывал, что годен к строевой. Но настоящая метаморфоза Швейка произошла в огне Первой мировой.

Как Гашек оказался в Челябинске

В 1915 году пражского уникума мобилизовали в 91-й полк австрийской армии. Долго терпеть идиотизм начальства Гашек не стал: в сентябре того же года он сдался в плен. Дальше начинается самая увлекательная глава его жизни — советская.

Именно на Южном Урале, в эпицентре драматичных событий 1918 года, произошёл его идейный перелом. Попав в лагеря для военнопленных (Тоцкое, Оренбуржье), он вступил в Чехословацкий легион. Но когда легионеры взбунтовались против большевиков, Гашек порвал с «белочехами» и перешёл на сторону Красной армии. Он не просто перешёл — он стал комиссаром, политработником и сотрудником политизданий.

Челябинск в этой географии стал точкой невозврата. Гашек выбрал революцию.

Рождение Швейка в эпицентре Гражданской войны

Удивительно, но именно скитания по Уралу подарили Гашеку литературного двойника. Позже, скрываясь от расстрела в Самарской губернии, Гашек два месяца притворялся слабоумным сыном немецкого колониста. «Идиота забористого», как говорили тогда чекисты, никто не трогал. Этот опыт маскировки стал ключом к «швейковщине» — тактике прикидываться дураком, чтобы обрушить бюрократическую машину.

В Чехии у него осталась законная жена Ярмила. В России он нашёл новую — Александру.

В 1921 году, вернувшись в Прагу с новой русской женой, больной и уставший, Гашек садится за роман. Книга о бравом солдате Швейке расходилась буквально с рук. Гашек сам носил тиражи в трактиры и торговал ими, не гнушаясь мелочью. Он не писал — он диктовал, понимая, что время истекает.

Он создал антигероя, который выживает именно благодаря своей придурковатости. В то время как мир сходил с ума от штабных приказов, Швейк стал прививкой от этого безумия. Это гимн маленького человека, перехитрившего большую войну.

Смерть и бессмертие

Гашек умер в 1923 году в Липнице, не успев дописать четвёртую часть. Он был болен, не дожил и до 40, но успел сделать главное: показать, что смех — это оружие. Уральские скитания дали ему тот экзистенциальный опыт абсурда, который невозможно выдумать, сидя в венском кафе.

Сегодня «Швейк» переведён на 58 языков. Это случай, когда жизнь автора стала не менее эпичным приключением, чем судьба его героя.

А для Челябинска и всей России Гашек навсегда останется «своим». В его честь названа улица столицы Южного Урала, его имя носит библиотека. Человек, притворявшийся дураком, чтобы спастись, оказался гением, который рассмешил весь мир.