Тим Кук: наследие простого «хорошего парня»

Тим Кук готовится уйти с поста генерального директора Apple 1 сентября, уступая бразды правления Джону Тернусу. Меня часто спрашивают, что за человек Кук и чем он отличается от Тернуса. Близко я не знаком ни с одним, но встречался с ними лично и разговаривал.

Должность главы Apple — это особенный клуб, где каждому приходится принимать решения на перегибе эпох. Кук пришёл к власти в преддверии запуска iPhone 4S и оригинальной Siri — событие определяющее. Через 15 лет, Тернус станет CEO Apple на фоне слухов о первом складном iPhone (возможно, iPhone Ultra) и полноценном обновлении Siri на базе искусственного интеллекта.

В критические моменты компании важны не только шаблонные фразы, но и то, какими людьми являются руководители. Конечно, не всегда компания становится отражением своего главы, но личность вносит свою лепту в продукцию, отношения и корпоративную культуру — даже в то, как общаются с журналистами.

Вспоминал об этом, наблюдая, как Кук недоуменно отвечал CBS News на откровенно банальный вопрос: какой, мол, след он хочет оставить после себя в Apple? Ведь когда-то сам Кук называл наследием Стива Джобса — инновации. А что же у него самого? Ответ оказался скромным: хотелось бы, чтобы говорили — «это был хороший и порядочный человек».

Такого ответа стоило ожидать от Кука — сам себя он в герои не записывает. В делах и манере общения всегда проявлялась сдержанность и вежливость. В отличии от Джобса, Кук скорее пожмёт руку и улыбнётся, чем скажет колкость. Но и в спину лишнего не скажет.

Базовую порядочность Кука видели все: в публичных речах он часто выставлял Apple как силу на стороне добра, болел за экологию, внедрял принципы равенства в компанией политику. Но реноме сыграло злую шутку — его ругали за работу с президентом США Дональдом Трампом. Формально, всё свелось к возвращению производства Mac Mini в США (шантажировали пошлинами), но даже тогда Куку досталось за «золотой трофей» для Трампа. Как рассказывал Кук, взаимодействие — единственный способ понять противоположную сторону и хоть как-то влиять на решения.

Южная мягкость, умение договариваться и железные нервы — таков Кук. Даже став исполнительным председателем, он публично не скажет, что думает о Трампе, и вряд ли опустится до этого.

Переместимся к Тернусу. В разговорах он открыт, смеётся, кажется более непринуждённым, не прикидывается джентльменом. Восточное и западное побережья США воспитали в нём иной стиль — без южных реверансов.

Должность CEO в Apple уже не «персона–бренд», как при Джобсе. Кук был скорее директором, чем персонификацией компании. И Тернус, по всей видимости, не станет исключением. На какое бы не было наследие Кука — сервисы, Apple Watch, здоровье или триллионы на счетах Apple, — теперь настал час Тернуса строить свою репутацию. А судить — как всегда — будут другие.