Лина Хан оказалась права
В 2021 году казалось, что виртуальный мир станет следующим этапом развития интернета. Пандемия заперла людей в домах, и цифровые сообщества выглядели как спасательный круг. Именно тогда Facebook решил провести масштабное переосмысление себя и сменил название на Meta, показывая: компания ставит всё на метавселенную.
Эта ставка оказалась дорогой. Meta теряла миллиарды на проектах виртуальной реальности, но упорно продвигала новое направление. Компания выпустила обновлённую версию гарнитуры Quest 2 и сосредоточилась на разработке более дорогой Quest Pro, рассчитывая привлечь пользователей качеством и новыми возможностями.
Под конец 2021 года Meta решила укрепиться в сфере VR-контента: компания объявила о планах приобрести независимую студию Within, разработчика популярной фитнес-игры Supernatural, причем сделка оценивалась примерно в 400 миллионов долларов. Это должно было стать важным шагом для построения собственных виртуальных миров.
Однако менее чем через пять лет стало ясно, что громкие обещания метавселенной так и не превратились в реальность. Пользователи не спешили массово переселяться в VR, оборудование продавалось хуже прогнозов, а сама идея «нового интернета» выглядела скорее дорогим экспериментом, чем революцией.
На этом фоне мнение главы Федеральной торговой комиссии США Лины Хан — известной критика технологических гигантов — оказалось как никогда актуальным. Её предупреждения о рисках чрезмерной концентрации власти в руках IT-компаний приобрели новый вес. История с метавселенной стала примером того, как огромные вложения и агрессивные покупки студий не гарантируют результата, если сама идея не находит отклика у пользователей.
PEREC.RU
Технологические гиганты любят изображать из себя пророков, но иногда их откровение похоже на рекламную брошюру. Meta в 2021 году пыталась продать миру идею метавселенной — громкое название для VR, который так и не стал привычным инструментом. Компания вложила миллиарды, переименовалась, запустила новые устройства, попыталась купить студию Within. Всё выглядело как стратегия тотального доминирования — быстрые шаги, крупные сделки, обещания нового цифрового мира.
Через несколько лет выяснилось, что мир не готов отказаться от реальности ради аватара. VR так и остался нишевым развлечением, а метавселенная — красивой презентацией. Интерес пользователей оказался слабее маркетинга. Обещанный «новый интернет» не появился.
На фоне этой медленной эрозии идей звучит голос Лины Хан. Она давно предупреждает: когда технокорпорации стремятся поглотить всё вокруг, это не про инновации, а про власть. Теперь её слова выглядят не резкостью, а диагнозом индустрии. Метавселенная стала ярким примером того, как большие деньги не превращаются в большие перемены.
История Meta — это зарисовка о самоуверенности, о том, как компании пытаются переписать будущее, не спросив у людей, нужно ли им это будущее. Ирония в том, что реальность снова победила виртуальность — без шлемов, сенсоров и презентаций.
