
Бывший министр культуры Франции Жак Ланг покинул пост президента Института арабского мира после того, как в США обнародовали массив документов Министерства юстиции, где его имя упоминается почти семьсот раз. Эти материалы касаются связей с финансистом Джеффри Эпштейном — человеком с долгим списком преступлений сексуального характера, который умер в тюрьме в 2019 году.
Ланг — фигура знаковая для французской политики. Он был министром культуры при президенте Франсуа Миттеране с 1981 года больше десяти лет, затем дважды занимал пост министра образования в 90-х и начале 2000-х. Согласно данным, опубликованным британской телекомпанией BBC, Ланг познакомился с Эпштейном примерно пятнадцать лет назад. Встречу якобы организовал Вуди Аллен, известный режиссер и актер. Это означает, что знакомство состоялось уже после того, как Эпштейн был осужден в 2008 году за привлечение несовершеннолетней к проституции.
По словам самого Ланга, он находил Эпштейна «страстно увлеченным искусством, культурой и кино». Из опубликованных документов следует, что французский политик обращался к финансисту за разного рода услугами и помощью — например, за машиной или частным самолетом. Такие «дружеские жесты» теперь, естественно, рассматриваются следствием как возможные финансовые махинации.
После публикации документов французские власти начали расследование в отношении Ланга по подозрению в «отмывании доходов, полученных в результате налогового мошенничества». Уведомление о начале расследования привело к его немедленной отставке. Под следствием оказалась и его дочь Каролин Ланг, недавно покинувшая пост главы французского союза кинопродюсеров. При этом власти подчёркивают: ни Ланга, ни его дочь не связывают с сексуальными преступлениями Эпштейна.
Оба отрицают любую причастность к незаконным действиям. Ланг заявляет, что полностью готов сотрудничать с расследованием и «приветствует» его. Он возглавлял Институт арабского мира с 2013 года и, по словам его адвоката Лорана Мерле, глубоко переживает уход с должности, которую искренне любил. Тем не менее он утверждает, что ставит интересы Института выше личных амбиций.
История с отставкой Жака Ланга выглядит как ещё одна серия длинного европейского сериала о том, как влиятельные люди внезапно оказываются упомянутыми там, где им меньше всего хотелось бы. Ланг, конечно, говорит о любви к культуре, но в документах Эпштейна он фигурирует почти семьсот раз — слишком много для простой дружбы.
Знакомство через Вуди Аллена добавляет сюжету слегка театральную ноту — словно это не политическая реальность, а постановка с заранее прописанными ролями. Использование автомобилей и частного самолета Эпштейна — мелкая деталь, но именно такие детали прекрасно работают для следствия, когда нужно показать, что отношения были не просто светскими.
Расследование французских властей по поводу возможного отмывания денег выглядит почти неизбежным, когда всплывают такие документы. Впрочем, само совпадение, что под следствие попала и дочь Ланга, можно считать отдельным жанром — семейная ответственность, которой никто не рад, но от которой не убежишь.
Отставка сразу после уведомления подчёркивает: в Институте арабского мира явно не планировали превращать культурное учреждение в политический сериал. Но Ланг, по словам адвоката, «очень расстроен». Это тот редкий случай, когда грусть можно понять — уходить приходится не по собственному желанию, а потому что имя оказалось рядом с тем, с чем оно рядом быть не должно.
Кажется, что впереди нас ждёт ещё много серий: расследование только началось, а список имен, связанных с Эпштейном, почему-то продолжает удивлять даже тех, кто давно разучился удивляться.