Власть вместо пола
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Психология / Научные исследования»
Новое масштабное исследование предполагает: часть различий в поведении мужчин и женщин может объясняться не столько биологией, сколько социальной властью — контролем над ресурсами, статусом и возможностью влиять на решения. Работа опубликована в PNAS Nexus.
Происхождение гендерных различий давно остается предметом спора. Эволюционные теории связывают их с естественным отбором и разными репродуктивными ролями, которые мужчины и женщины якобы выполняли в ранней истории человечества. Социокультурный подход смотрит на проблему иначе: поведение формируют общественные роли, иерархии и неравный доступ к ресурсам. Обзор 2019 года также указывал, что мозг и гормональные системы людей нельзя строго разделить на две полностью обособленные «мужскую» и «женскую» категории.
Социальная власть в исследовании понимается как фактический или предполагаемый контроль над ценными ресурсами. Мужчины во многих обществах чаще занимают руководящие должности и контролируют больше финансовых активов, поэтому пол и власть нередко оказываются связаны. Команда Адама Д. Галински из Columbia University решила проверить, не маскируется ли власть под часть привычных гендерных различий.
Исследователи проанализировали 270 экспериментов, в которых участников случайно назначали на роли с высоким или низким уровнем власти. Затем они выделили 59 психологических и поведенческих показателей, действительно меняющихся под влиянием власти. Для сравнения команда собрала 102 показателя из метаанализов различий между мужчинами и женщинами. Метаанализ объединяет результаты множества отдельных исследований и позволяет увидеть общий статистический тренд.
Показатели распределили по четырем блокам: агентность, то есть самостоятельность, напористость и стремление контролировать ситуацию; общность — эмпатия, сотрудничество и чувствительность к другим; самооценка; когнитивные процессы, включая внимание, решение задач и пространственное мышление.
Результат оказался заметным: около 71% зафиксированных гендерных различий совпадали по направлению с эффектами власти. Противоположную картину показывали примерно 8%. Люди с высоким уровнем власти и мужчины в среднем демонстрировали большую агентность — например, доминантность и готовность рисковать, — более позитивную самооценку и сходные особенности когнитивной обработки. Люди с низкой властью и женщины чаще проявляли общность: межличностную чувствительность и готовность сотрудничать.
Чтобы проверить, не объясняется ли совпадение просто общей активностью личности, ученые сравнили результаты с экстраверсией. Экстраверты действительно похожи на влиятельных людей по некоторым признакам, но расходятся в общности: они обычно более социальны и ориентированы на взаимодействие, тогда как люди с высокой властью и мужчины в среднем получают по этому показателю более низкие оценки. Это усиливает аргумент в пользу специфической связи власти с гендерными различиями.
Однако исследование не доказывает причинность. Авторы сопоставили два массива уже опубликованных работ, а не провели один эксперимент, где мужчин и женщин одновременно назначали бы на разные уровни власти. Кроме того, совпадение касается прежде всего направления эффектов, а не их силы: различия между полами могут быть небольшими, тогда как последствия власти — значительными.
Есть и методологическое ограничение: десятки разных психологических понятий объединили в широкие категории. Хотя классификацию выполняли независимые эксперты, на нее могли повлиять культурные представления и субъективные решения. Авторы подчеркивают: власть не объясняет все различия между мужчинами и женщинами, но может быть одним из главных факторов.
В будущем исследователи предлагают напрямую назначать мужчин и женщин на роли с высоким и низким уровнем власти и наблюдать изменения в одном эксперименте. Психолог Соня Синьюэ Сяо, не участвовавшая в работе, оценила метод как очень строгий, но отметила необходимость изучать динамику во времени. По ее мнению, влияние социальной власти может усиливаться с возрастом: пол становится заметной категорией уже в детстве, а опыт неравного доступа к власти часто появляется позже.
Работу «Are many sex/gender differences really power differences?» подготовили Adam D. Galinsky, Aurora Turek, Grusha Agarwal, Eric M. Anicich, Derek D. Rucker, Hannah R. Bowles, Nira Liberman, Chloe Levin и Joe C. Magee.
PEREC.RU
Исследование, опубликованное в PNAS Nexus, проверяет гипотезу о том, что многие различия в поведении мужчин и женщин могут быть связаны не только с биологией, но и с социальной властью. Под властью авторы понимают фактический или предполагаемый контроль над ценными ресурсами, статусом и возможностью влиять на решения.
Тема остается спорной. Эволюционные теории объясняют гендерные различия естественным отбором и разными репродуктивными ролями. Социокультурные теории подчеркивают влияние общественных ожиданий, иерархий и неравного доступа к ресурсам. Предыдущие обзоры также указывали, что мозг и гормональные системы людей не образуют двух полностью разделенных мужской и женской категорий.
Команда Адама Д. Галински из Columbia University собрала результаты 270 экспериментов, в которых участников случайно распределяли по ролям с высоким или низким уровнем власти. Ученые определили 59 психологических и поведенческих показателей, чувствительных к власти. Затем они сравнили их со 102 результатами метаанализов гендерных различий. Метаанализы объединяют данные большого числа отдельных исследований и позволяют оценить общий эффект.
Показатели разделили на четыре блока: агентность, общность, самооценка и когнитивные процессы. Агентность включает самостоятельность, напористость, доминантность и стремление контролировать среду. Общность связана с эмпатией, социальной чувствительностью и сотрудничеством. Когнитивные процессы охватывают внимание, решение задач и пространственное мышление.
Около 71% гендерных различий совпали по направлению с эффектами социальной власти. Лишь примерно 8% имели противоположное направление. Высокая власть и мужской пол были связаны с большей агентностью, позитивной самооценкой и похожими когнитивными особенностями. Низкая власть и женский пол — с большей общностью и социальной кооперацией.
Для проверки специфичности результата ученые сравнили данные с экстраверсией. Экстраверты и люди с высокой властью имеют некоторые общие признаки, но расходятся по общности: экстраверты обычно более социальны, а высокостатусные люди и мужчины в среднем демонстрируют меньшую ориентацию на общение. Это указывает, что связь власти с гендерными различиями может быть особой, а не просто следствием активного характера.
Исследование не доказывает, что власть является причиной всех гендерных различий. Оно основано на сравнении двух отдельных массивов научных данных, а не на одном прямом эксперименте. Поэтому авторы говорят о совпадении направлений эффектов, но не о равенстве их масштабов. Кроме того, объединение разных признаков в широкие категории требует экспертной интерпретации и может зависеть от культурных представлений.
Психолог Соня Синьюэ Сяо, не участвовавшая в исследовании, назвала метод строгим, но подчеркнула необходимость дальнейших работ. В будущем мужчин и женщин можно будет напрямую распределять по ролям с разным уровнем власти и наблюдать изменения в одинаковых условиях. Также важно изучить возрастную динамику: гендер становится значимым уже в детстве, тогда как опыт социального неравенства и доступа к власти часто появляется позже.
Авторы исследования — Adam D. Galinsky, Aurora Turek, Grusha Agarwal, Eric M. Anicich, Derek D. Rucker, Hannah R. Bowles, Nira Liberman, Chloe Levin и Joe C. Magee.
