Как травмы прошлого мутят воду в отношениях: наука вползает в спальню

Прошлый межличностный травматизм может сильно повлиять на то, как люди устраивают разборки с любимым человеком. Свежие данные показывают: если у вас так называемый «небезопасный» тип привязанности (а его часто формируют травмы в детстве или юности), компромиссов ждать не стоит — скорее получите агрессивную перепалку или привычку устраивать жертвенное молчание. Всё это — серьёзная заявка на недолгие и болезненные отношения. Результаты опубликованы в журнале Sexual and Relationship Therapy.

Любовные отношения вроде бы должны служить зоной поддержки, но часто превращаются в ринг для перетягивания одеяла. Одни честно пытаются видеть ситуацию с двух сторон, другие же сходу выбирают тактику давления или полного ухода в несчастную жертву. Первый путь ведёт к здоровью, второй — к почётному членству в клубе «Психологически истерзанных».

Психологи давно всё разложили по полочкам с помощью теории привязанности. Это фантастически полезная концепция: если ваши первые привязанности в этой жизни были безопасными, то в взрослых отношениях вы скорее всего адекватно сообщаете собеседнику о своих чувствах и не ждёте подвоха. А вот если, увы, приходилось сталкиваться с предательствами, насилием или холодностью, то вариант «или ты меня бросишь, или я тебя не подпущу» становится почти детерминированным.

Авторы исследования — Ахва Рашин Мозафари и Сяомен Сюй из Университета Айдахо — решили разом увязать три вещи: перенесённую травму, стиль привязанности и любимые конфликторазрешающие трюки у молодёжи. Они опросили 365 студентов, состоящих в моногамных отношениях минимум полгода, и попросили их вспомнить, сколько на их долю выпало разных захватывающих приключений: от эмоционального забвения до прямого насилия.

Дополнительно испытуемых спросили, склоняются ли они к тревожному стилю (паники по поводу «а вдруг меня бросят?») или избегающему («главное — никого не подпускать слишком близко»). Так как эти прелести зачастую идут рука об руку, учёные объединили всё в один показатель — общую неуверенность.

Далее началось веселье: анализировались реакции участников на очередной скандал с партнёром. Всего выделили 6 тактик: компромисс (внезапно взрослый вариант), доминирование (давлю на тебя — значит, люблю!), крикливое выяснение отношений, капитуляция, временное расставание («тайм-аут, сейчас поорать друг на друга опасно») и полное бегство от проблемы.

Выводы просты до пошлости: чем больше психотравм — тем менее люди склонны решать вопросы миром. Зато куда охотнее орут, давят или уходят в глухую оборону. Кстати, временное расставание психологи считают неплохим выбором, особенно если человек эмоционально неустойчив: по сути, если уж не договориться, то хотя бы не довести дело до взаимной травмы.

Интересно, что между уровнем перенесённых травм и откровенно негативными тактиками спорить (например, агрессия или полное доминирование) прямой статистической связи не нашли, кроме лёгкой тенденции к доминированию у тех, кто насмотрелся на жизнь. Возможно, опрошенные были слишком приличными для настоящего трэша или сработал эффект памяти — тут уж не проверишь, все данные по честному анкетированию в онлайн-формате.

Авторы предлагают не надеяться на магию «давай научимся говорить», если корень проблем уходит в эмоциональные штопоры, возникшие после травм. Здесь на помощь могут прийти методы вроде эмоционально-ориентированной терапии пар или когнитивно-поведенческой интеграции (да-да, у отношений теперь тоже есть своя психотерапия). Всё это может реально помочь тем, кто привык видеть во второй половинке не романтику, а источник очередной угрозы.

Стоит помнить — опрос проводился среди университетской молодёжи во времена пандемии и только на словах, так что истинная глубина психологического айсберга, возможно, осталась под водой. Для полноты картины нужны хорошие долгосрочные исследования, которые ответят, как именно травмы переплавляются в психо-купальниках любовных конфликтов. Пока же понятно одно: тащить чемодан прошлого за собой никто не хочет, но почти все тащат. И искать выход — всё же стоит.