Три профиля хикикомори: новые открытия

Недавнее исследование, опубликованное в журнале Psychiatry Research, обрушило привычные представления о людях с крайними формами социальной изоляции — так называемых хикикомори. Авторы работы опровергли миф, что уход в «берлогу» всегда происходит из-за панического страха быть осмеянным или осужденным. Оказывается, те, кто предпочитает сознательно исчезать с радаров общества, вовсе не обязательно охвачены социальной тревожностью. Выяснилось: универсальных причин — нет. И поддержка им нужна разная.

Хикикомори — расстройство, когда человек физически изолирован и не способен выполнять простейшие жизненные задачи. Обычно этот «исчезатель» не выходит из дома по полгода и более, не учится, не работает, никуда особо не стремится — объяснил доцент Шунсуке Нонака, один из авторов исследования, сотрудник токийского университета Мусашино. Широко считалось, что корень зла лишь в том, что человек слишком панически боится быть высмеянным. Люди, мол, запираются от страха, что кто-то что-то подумает. Но, по словам Нонаки, подобные формулы давно трещат по швам: «Оказалось — люди прячутся по разным причинам, иногда чтобы отдохнуть, обезболить душу или из соображений безопасности».

Новая гипотеза исследователей строится на поведенческом анализе: внешне замкнутость может выглядеть одинаково, но причин этому — вагон. Так, для кого-то уединение — способ убежать от негатива, для другого — найти комфорт, для третьего — тупо скрыться от собственной тоски. Цель — не путать симптомы с причинами, чтобы лучше помогать разным видам затворников.

В исследовании участвовали 400 взрослых японцев (18–59 лет) — ровно пополам разделённых на «хикикомори» (без работы/учёбы и не выходят из дому минимум полгода, при этом оцениваются по спецшкале) и «контрольную» группу (работающие/учащиеся, регулярно вылезают на свет). Всем раздали анкеты, чтобы узнать конкретные мотивации: избегание неприятного, поиск уюта, бегство от внутренних переживаний, страх оценки, уровень поддержки и стресс.

Та-дам: выделили три профиля! Первый — «Лёгкий», таких 11%. У них и изоляция не крайняя, и тревожность, вопреки мифам, ниже плинтуса. Да, уединяются, но не особо парятся. Второй — «Умеренно изолированные», таких большинство (52%). Их жизнь – развал, но тревога социальная у них такая же, как у среднестатистического токийца. Они не бегут от чужих суждений — просто отдохнуть решили от мирских забот. Внимание: самый распространённый вид, про который все забывают. Главный вывод: не всегда хикикомори — это дрожащий от страха одиночка.

И наконец, третья группа — классика жанра: «Социальное избегание» (37%). Воплощение стереотипа: страх высмеивания, стресс, полное отсутствие поддержки, и вишенка — минимум дипломов и браков. Вот кому стандартная терапия страха, возможно, и поможет.

А что со всеми остальными? Им нужны разные подходы. Простой совет: «Иди погуляй» — невыносимо наивен. Надо сначала понять, от чего защищаться решил каждый затворник. Авторы признают и ограничения: опрос — это моментальный снимок, а не показатель на века; кто-то мог приукрасить или недооценить свою трагедию. Настоящее понимание требует долгого слежения и других методов.

В финале Нонака мечтает составить «карту» жизненных маршрутов хикикомори — чтобы каждому индивиду искать самую сносную тропу обратно. Потому что для каждого — свой выход. Подытожим: закрыться от мира — не значит стать трусом. И, возможно, большинство хикикомори так сильно не боятся общества, как этого боится общественное мнение.