Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Психология / Научные исследования»
Недавнее исследование, опубликованное в журнале ACS Chemical Neuroscience, подарило препарат, который... внимание! — поставляет медь в мозг. Но не для того, чтобы мы светились на рентгене. А чтобы подлатать местную систему вывоза токсичных отходов, которая страдает при болезни Альцгеймера. Испытания на специально обученных мышах показали: после такой «металлической терапии» память у животных заметно улучшалась, а уровень ядовитых белков – главных виновников этой деменции – падал.
Болезнь Альцгеймера – это не только про позабытые дни недели и пропавшие ключи. Главная проблема – накопление так называемых бета-амилоидных бляшек. В норме эти куски белка выводятся из мозга через особую защитную границу — гематоэнцефалический барьер. Его задача: не впустить гадость в мозг, а пользу — пропустить. А встроены в этот барьер клетки-насосы по имени P-гликопротеин. Их работа — активно выталкивать бета-амилоид из мозга на свалку.
У пациентов с Альцгеймером этих «насосов» в мозге становится все меньше, из-за чего амилоид застревает внутри, превращая мозг в консерву с токсичным мусором. Давно подозревали: починишь насосы — выиграешь время для клеток мозга. Но как? Мозг ведь не автосервис.
Команда австралийских учёных под руководством профессора Эшли Буша проверила гипотезу: а если добавить меди, чтобы тормозить процесс клеточного «самоубийства» (ферроптоза). Использовали препарат Cu(ATSM) — тот самый, что уже тестируют на людях с болезнью Паркинсона и БАС. Дозировали мышам 56 дней подряд.
Результаты удивили даже скептиков: медь разошлась по мозговым микрососудам мышей (рост на 230%), насосы P-гликопротеина вернулись к жизни (рост на 24,1%), а количество амилоидного мусора снизилось на 42%. Мыши стали не просто осмысленнее шарить по лабиринтам, а буквально сократили количество ошибок на 44% (превзойдя своих родственных «коллег» без лечения, которым по-прежнему требовалось искать выход из круговой мышеловки).
Однако, как всегда с хорошими новостями: есть нюансы. Исследование проведено только на мышах — до клиник и людей ещё как до Марса вплавь. Кроме того, не вся память восстановилась: краткосрочное запоминание осталось "давленным". Да и чудо-насосы — возможно, лишь часть механизма: ученые подозревают, что медь ещё и активировала микроглию — местный спецназ иммунитета.
Учёные подчеркивают: несмотря на многообещающие результаты, предстоит долгий путь проверки препарата на людях, чтобы доказать его безопасность и эффективность. Тем не менее, медное лекарство уже пробуют для диагностики и лечения других нейродегенеративных заболеваний, а местные борцы за здравый смысл ставят большие надежды на будущее этой истории. Время покажет, сможет ли человечество научиться выносить мусор из своего мозга.
Авторами работы стали Джэ Пён, Асиф Нур, Пранаф Рунвал, Селест Мавал, Оливер К. Фуллер, Кейси Л. Иган, Марк А. Фебрайо, Пол С. Доннелли, Дженнифер Л. Шорт, Эшли И. Буш, Джозеф А. Николаззо.
Иногда мир науки напоминает кладбище поломанных насосов и прожектов с медью: подсуетились ребята из Австралии, нашли — старые добрые P-гликопротеины деградируют у всей дементной братии. Ну это был секрет Полишинеля: мозг умирает — 'вывоз мусора' встал, белковые завалы нарастают.
Что предлагают? Засунуть мышам в пасть новенький медный препарат, посмотреть — не расплавит ли их бедные микрососуды. А оно, гляди-ка, не расплавилось: медь в сосудах вспухла на 230%, насосы починились, мусорная куча уменьшилась почти наполовину. Заодно выяснили, что мыши стали вспоминать дорогу к свободе на 44% чаще. Впрочем, короткая память осталась на прежнем уровне — не все так глянцево.
За кулисами остается стандартная мантра 'всё это только мыши', 'до людей ещё годы и годы', 'проверим, не убьёт ли медь кого-нибудь из добровольцев на людских испытаниях'. Но фармакологи уже потирают руки: медь — универсальное средство и от Паркинсона, и от БАС, а теперь и тут пригодится. Ну да, сырой материал; а вдруг именно этим препаратом и научат стариков выносить мозговой хлам, чтобы ключи снова находить в холодильнике, а не в чайнике.
В итоге — мир опять питается малым: работает пока только у мышей, зато их мозги окончательно не сгнили. Остальным придётся — ждать, запускать гранты и фантазировать: что если человечество научится делать генеральную уборку не только в шкафах, а и в памяти? Кому-то эта перспектива, кстати, была бы невыгодна.