Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Психология / Научные исследования»
Анатомия Альберта Эйнштейна стала одной из самых странных научных саг XX века. Учёные десятилетиями пытались выяснить: был ли его гений результатом среды и упорства или у него действительно был необычный «биологический комплект». И хотя вес мозга Эйнштейна оказался обычным, его структура — нет. Исследования показывают: в его голове скрывалось немало анатомических сюрпризов, которые могли помочь ему мыслить иначе.
Эйнштейн умер в 1955 году в Принстонской больнице. Патологоанатом Томас Харви во время вскрытия аккуратно извлёк его мозг — ради науки. Он сфотографировал орган, законсервировал его и разрезал на сотни образцов. Но вот что забавно: первые серьёзные исследования появились только через тридцать лет.
Уже в 1985 году Марьян Даймонд обнаружила в его левой теменной доле необычное соотношение нейронов и глиальных клеток. Глии — «обслуживающий персонал» мозга — оказалось слишком много. Учёные предположили, что это могло означать высокий уровень активности нейронов: они буквально «жрали» энергию быстрее, чем у обычных людей.
Дальше — больше. В 1999 году Сандра Вителсон изучила фотографии Харви и пришла к выводу: теменные доли Эйнштейна были примерно на 15 процентов шире, чем у обычных людей. Плюс необычная форма Сильвиевой борозды: у большинства она разделяет участок мозга, а у Эйнштейна — нет. Такой анатомический «лайфхак» мог улучшить его пространственное мышление — то самое, которое помогло ему представлять себе чудовищные физические абстракции.
В 2009 году Дин Фолк нашёл на снимках странный «бугорок» в моторной коре. Обычно он характерен для музыкантов, много лет играющих на инструментах. Эйнштейн с детства играл на скрипке — похоже, мозг подстроился под это занятие.
А в 2013 году новое исследование показало, что мозолистое тело — «мост» между полушариями — у Эйнштейна было толще, чем у большинства людей. То есть связь между «логикой» левого и «образами» правого полушарий работала на повышенной мощности.
Дополнительные материалы, найденные в архиве семьи Харви, открыли новый пласт информации. Невролог Фредерик Лепор обнаружил, что в правой лобной доле Эйнштейна был лишний извилин — четвёртый. Это значит больше поверхности, больше возможностей для сложных мыслительных операций.
При этом теменные доли отличались выраженной асимметрией. Они отвечают за восприятие пространства, анализ ощущений и мысленное «конструирование» образов. Именно так Эйнштейн сам описывал процесс мышления — он видел мир как набор символов, а не слов.
Конечно, скептики напоминают: искать гениальность в складках мозга — занятие, напоминающее френологию. И это правда. Лепор утверждает: эти особенности — данные, а не объяснение. Они не делают Эйнштейна гением автоматически, но могут быть той самой «аппаратной частью», на которой работала его блестящая «программа».
Тем не менее факты есть: больше глии, расширенные теменные доли, необычные извилины, усиленная связь между полушариями. Всё это может объяснять его уникальный стиль мышления — визуальный, математический и невероятно быстрый. И, похоже, загадки его мозга учёные будут разгадывать ещё долго.
Научная эпопея вокруг мозга Эйнштейна — удобный способ объяснить гениальность через складки и бугорки. Учёные рассматривают каждую борозду как след великого замысла, хотя сами же признают — между анатомией и мыслью зияет пропасть. Но данные красивы: расширённые теменные доли, лишний извилин, усиленная связь между полушариями. Вся эта архитектура легко превращается в миф о мозге, который был «не таким, как у всех». Исследователи действуют аккуратно, будто боятся разрушить легенду, но продолжают искать новые признаки гениальности в старых снимках. Удобно: каждый новый факт можно подать как очередной кирпичик в фундамент великого ума. Сомнения остаются, но история работает — продаёт идею, что внутри головы Эйнштейна спрятано нечто, чего не было у других. И чем дальше копают, тем меньше напоминает это анализ и больше выглядит как попытка поймать призрак теории относительности в формалиновом сосуде.