Монстр: История Эда Гина — за кадром кошмара

Оператор Майкл Бауман хорошо знает, каково это расти в Висконсине, где истории о местном «легендарном» маньяке Эде Гине пересказывают на каждой кухне так же часто, как рецепты яблочного пирога. Именно этот Гин вдохновил не только «Психо», но ещё и «Техасскую резню бензопилой» и «Молчание ягнят». В общем, человек-муза для всей американской хоррор-индустрии. Поэтому, когда давний творческий партнёр Баумана Макс Уинклер предложил снять сериал про Эда Гина, долго уговаривать не пришлось. Бауман не мог пропустить шанс вытащить кошмары детства на свет софитов.

«Монстр: История Эда Гина» — это уже третий заход Райана Мёрфи и Яна Бреннана на территорию громких дел; до этого были «Дамер» и история братьев Менендес. Тут всё по фирменному рецепту: эпоху воспроизводят до пуговицы на пальто, сценаристы не только вспоминают, что Хичкок и Хупер (автор «Техасской резни») вдохновились Гином, но ещё и заселяют их в сценарий как действующих лиц. Бауман начал с самокопания в архивах: фото, схемы дома, газетные вырезки. Ведь именно из-за Эда околокриминальная желтая пресса расцвела на просторах США.

Открытие века — электрификацию деревни Эда игнорировали столь долго, что целые сцены приходится снимать при керосиновых лампах. А чтобы воспроизвести ледяные, солнечные, но холодные зимы Среднего Запада, Бауману пришлось полагаться на воспоминания о настоящих заморозках из детства (интерьеры снимали на тёплых студиях Калифорнии, а экстерьеры — в не менее морозном Иллинойсе). Хотели начать со съёмки улиц, но сняли сперва студию — пришлось импровизировать. К удивлению съемочной группы, когда переехали в Иллинойс, там началась натуральная метель. Спецэффекторам даже пришлось таскать на съёмочную площадку 80 тонн льда, чтобы изобразить реалистичный снег, который таял буквально за час.

Самое страшное — не льды и не холод, а то, как устроен дом Гина. Узкие ракурсы, окна и двери, которые словно сжимают кадр — добро пожаловать в головокружительный клаустрофобный кошмар. Особенно роскошно всё смотрится в эпизоде «Buxom Bird», за который Бауман номинирован на Эмми. Тут два копа исследуют логово маньяка, и каждый шаг по задумке дословно приближает зрителя к очередной мерзости: свет выстроен так, чтобы в тени чудилось что-то ещё хуже, чем непосредственно в кадре.

Именно плотное сотрудничество съёмочной и художественной группы, игра с зеркалами и отражениями, постоянная изоляция героев друг от друга и кукольная точность постановки делают сериал тревожно-напряжённым. Особенно, когда в кадре — Чарли Ханнэм в роли того самого Гина. Бауман вцепился в Ханнэма всем спектром своих объективов, намереваясь вытащить из него каждую муку, каждое дыхание безумия. Для этого даже использовали старинные объективы, позволяющие выхватить актёра из окружающей его паутины быта.

Главная мысль Баумана: вся эта кровавая история — не давно ушедшее древность, а что-то из недавнего прошлого, о чём могут рассказать даже друзья его родителей, выросших в те же тяжёлые 50-е.

«Монстр: История Эда Гина» уже вышел на Netflix.