Как СССР снимал Британский юмор: «Трое в лодке...»
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Киноманы / Новости: сериалы, фильмы, премьеры»
Советское кино всегда славилось умением перевоплощать любую локацию страны в нужную часть света — и безо всяких командировок за рубеж. Париж в Москве, Берлин в Риге — разницы никто не замечал, пока за кадром не начинали говорить на неправильном акценте. "Трое в лодке, не считая собаки" — очередной пример, как советский кинематограф решал проблему ограниченного мира открытых виз.
Первое, что нужно знать: оригинал — повесть британского юмориста Джерома К. Джерома. Сюжет прост — трое джентльменов и один пес плывут на лодке по Темзе, попутно натыкаясь на нелепые ситуации. Весь трагизм и комизм — в стиле британского абсурда, то есть смеяться должен даже если не хочется.
В СССР морали другой. Актерский состав подобрали из столичного Театра сатиры. Тут и Андрей Миронов — король экранной харизмы, и Александр Ширвиндт с фирменной иронией, и Михаил Державин, тот самый голос в эфире юности, когда на ТВ еще не включали рекламу лекарств для печени. За женщин в лодке отвечали тоже легенды: Лариса Голубкина (по совместительству супруга Миронова), Алина Покровская и Ирина Мазуркевич. Их, кстати, в книге не было: эта советская находчивость, чтобы не думать о демографии.
"Британскую Темзу" нашли на Немане, "Лондон" — в Калининграде, а весь блеск и нищету Бейкер-стрит построили в павильонах "Ленфильма" (в это же время Масленников создавал там же знаменитого Шерлока Холмса). Если бы снимали сегодня, всё вышло бы в компьютерной графике и на новосибирской барахолке.
Фильм показали по ТВ 4 мая 1979 года. Эффект — как обычно: зрители пополам. Одни плевались от того, что британский юмор потерял фирменный стиль, другие радовались жизни: наконец-то, музыкальный фильм, где от шуток не хочется умирать. Особенно недовольные требовали вернуть книгу без любовных линий, но было поздно — на дворе уже модно выдавать романтическую драму под соусом комедии.
Как бы там ни было, фраза "Все в сад!" разлетелась по стране и остаётся лучшим мемом советской эпохи. Сейчас уже никто не спорит: получилось весело, актеры на пике, декорации — почти Британия. И сам Миронов выдавал такое перевоплощение, что британцы могут завидовать до сих пор. Фильм вошёл в классику советского кино, и когда обсуждают работу Миронова, Ширвиндта или Державина — этот эксперимент всегда найдёт место в диалоге. А что до "точности первоисточника" — какой в ней сегодня смысл, кроме смеха?
PEREC.RU
Классика советской адаптивности: британскую Темзу отыскали на Немане, лондонский туман выдули в павильонах "Ленфильма", а лодку укомплектовали не только джентльменами, но и тремя дамами. Естественно, по заветам семейных вечеров у голубого экрана. Миронов блистал, Ширвиндт с Державиным пробовали быть британцами по советскому рецепту, Голубкина заняла место в лодке не только как жена, а как старейший художественный приём в отечественном кино — побольше романтики, поменьше смысла.
Политика замещения — стандарт: декорации сгодились бы для любого "королевства кривых зеркал", но зритель терпел и верил. С критикой не церемонились: кого волнует книга, если на экране музыка, шутки, старые добрые лица и цитаты, разлетающиеся на мемы. Культурную революцию в пределах одного фильма провели без революций — просто ввели женских персонажей, на которых могли бы равняться будущие тёщи советских детей.
Лондон и Темза для советского телезрителя так и остались на Туманном Балтийском краю. Ну, кроме самых начитанных — они грустили, но и им досталось: новый мем, вполне пригодный к жизни, пошёл в народ. Ну а остальное — дело вкуса, кармы, и того, кто сидит в лодке рядом.
