Двадцать лет под маской

В марте 2006 года в США вышел фильм «V значит Вендетта» — мрачная антиутопия о масочнике, который решил испортить вечер тоталитарному режиму. Америка тогда воевала на Ближнем Востоке, дома власть держали консерваторы, а атмосфера страха после 11 сентября только густела. Прошло двадцать лет, а ощущение дежавю никуда не делось — как признал режиссёр Джеймс МакТиг, политика не исчезает, она просто меняет форму. И, увы, форму она снова выбрала знакомую.

Основой фильма стал графический роман Алана Мура и Дэвида Ллойда, написанный как реакция на эпоху Маргарет Тэтчер. Но в Голливуде проект ожил после успеха трилогии «Матрица», когда студия позволила Лане и Лилли Вачовски выбрать, что снимать дальше. Они увидели сценарий «В» и решили переписать его сами, но передать постановку своему давнему соратнику МакТигу, поскольку после «Матрицы» у них был энергетический ноль. Так у режиссёра-первогодки появилась задача вселенских масштабов.

На роль V сначала взяли Джеймса Пьюрфоя. На роль Иви Вачовски и МакТиг сразу хотели Натали Портман, но студия заставила их провести пробы со Скарлетт Йоханссон и Брайс Даллас Ховард. Всё равно выбрали Портман — и не пожалели. А вот Пьюрфой за маской чувствовал себя так, будто ему на голову натянули не пластик, а бетон, — вскоре стало ясно, что нужен другой актёр. МакТиг позвонил Хьюго Уивингу, знакомому по «Матрице». Тот сел в самолёт — и оказался идеален: в драмшколе он изучал театр масок, кабуки и греческую трагедию.

Съёмки шли в Берлине, что порой добавляло зловещего смысла. Актриса Наташа Уайтман, игравшая заключённую Валери, вспоминала, как снимали сцену её ареста в помещении, напоминавшем лагерь — совпадение, которое никого не радовало. Портман тем временем изучала историю Гая Фокса и мемуары Менахема Бегина, осмысливая политическое сопротивление.

Главная проблема съёмок — маска V. В комиксе она статична и загадочна, но кино требует эмоций. Вачовски пришлось играть светом и тенью, чтобы лицо хотя бы дышало визуально. Масок сделали несколько — чуть милее, чуть страшнее.

Но ничто не произвело такого эффекта, как сцена, где Портман сбривают голову в кадре. МакТиг боялся, что лысая Натали будет выглядеть странно. Она оказалась потрясающей — так ещё и получила бесплатную рекламу, когда появилась без волос на красной дорожке в Каннах. Люди подходили и спрашивали: зачем? Ответ был один — «Снимаю фильм».

Фильм держится на шестиминутном монологе Валери — женщина рассказывает на клочке туалетной бумаги о своей любви и о том, как за эту любовь её бросили в тюрьму. В 2005 году такое было для мейнстримного кино почти крамолой, но для Вачовски сюжет о несоответствии общества его «нормам» был слишком личным, чтобы вырезать.

Студия думала иначе. На одном из совещаний Warner Bros. потребовали вырезать сцену Валери. МакТиг отказался. Это была точка невозврата: или фильм остаётся честным, или превращается в жвачку. В итоге Warner Bros. отступили.

Финал снимали в реальном центре Лондона, чего до этого никто не делал. 500 человек в масках шли ночью по Трафальгарской площади, вокруг снайперы на крышах, автобусы перекраивали маршруты. Казалось бы, кино. А выглядело — как пророчество.

Маска Гая Фокса после премьеры стала символом протеста. Её носили на демонстрациях по всему миру. Уивинг шутил, что хотел бы долю с продаж.

Двадцать лет спустя фильм остаётся пугающе актуальным. Натали Портман признаёт: в идеале этого актуального значения быть бы не должно, но мир снова скатывается к авторитарным наклонностям. Аксёры надеются, что новое поколение увидит в «V» призыв не молчать.

Лана Вачовски сформулировала итог просто: когда государство требует думать одинаково и ищет слабых, чтобы назначить их виноватыми, значит, дело плохо. И фильм задаёт один вопрос: если ты видишь то же, что и я — встань рядом.