Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Гик Гайд (3 апельсина) / Цифра сегодня»
Microsoft предложила программу добровольного ухода примерно 60 тысячам сотрудников в США, Великобритании, Канаде и Индии. Это около четверти штата компании по всему миру. Компания рассчитывает сократить численность персонала так, чтобы часть работников решила уйти самостоятельно, получив компенсацию.
Microsoft не назвала официальную причину предложения. При этом в период с июля по сентябрь компания ожидала направить около 50 миллиардов долларов на расходы, значительную часть которых должны составить инвестиции в инфраструктуру искусственного интеллекта — центры обработки данных и вычислительные мощности. Сама по себе эта связь не доказывает, что программа увольнений запущена именно ради экономии на ИИ, но масштаб вложений задаёт новостной фон.
Предложение адресовано сотрудникам, чей показатель опыта по внутренней шкале Microsoft составляет 70 баллов или меньше. Условия зависят от оценки. Работникам с результатом от 65 до 67 баллов обещают выплатить по две недели зарплаты за каждые шесть месяцев работы в компании. Тем, у кого показатель ниже 65, полагается по одной неделе зарплаты за каждые полгода стажа.
К компенсации добавлены медицинское страхование на переходный период, помощь в поиске новой работы и продлённый график передачи акций. Сотрудникам, рассматривающим предложение, нужно принять решение до декабря. По сообщениям, некоторые подразделения — в том числе маркетинг, продажи и инженерные команды — решили не участвовать в программе.
«Предложение о добровольном уходе для нас новое. Мы будем учиться на этом опыте», — написала в служебной записке сотрудникам директор по персоналу Microsoft Эми Коулман. Она добавила, что компания продолжит помогать людям сосредоточиться на наиболее важной работе, осваивать новые навыки и, когда это уместно, находить другие возможности внутри Microsoft.
Финансовые результаты компании при этом выглядят уверенно: за год выручка выросла на 18% и превысила 90 миллиардов долларов. Microsoft и другие крупные игроки рынка вкладывают сотни миллиардов долларов в центры обработки данных, новые вычислительные чипы и сопутствующую инфраструктуру, рассчитывая, что искусственный интеллект принесёт обещанный рост производительности и эффективности.
За последний квартал Microsoft открыла 31 новый центр обработки данных. В апреле 2026 года компания торжественно запустила объект Fairwater 1 стоимостью 7,3 миллиарда долларов; его строительство вызвало недовольство местных жителей.
Параллельно Microsoft пытается снизить расходы на оборудование для дата-центров. В октябре компания представила свой самый мощный чип Maia 300 и уже использует его для инференса в Copilot — то есть для выполнения запросов и генерации ответов после обучения модели. По заявлению Microsoft, Maia 300 обрабатывает в 1,7 раза больше токенов на ватт, чем ведущая инфраструктура на графических процессорах. Токены — небольшие фрагменты текста, на которые ИИ разбивает запросы и ответы; показатель «токенов на ватт» отражает энергоэффективность вычислений.
В Microsoft заявляют, что Maia 300 станет основной платформой компании для инференса благодаря более низкой стоимости обработки токенов и повышенной эффективности. На этом фоне программа добровольного ухода показывает, как технологический рывок всё чаще сопровождается пересмотром того, сколько людей и ресурсов крупная компания намерена задействовать.
В корпоративном мире будущее обычно приходит в двух презентациях. В первой оно обещает избавить человечество от рутины, ускорить работу и сделать всё дешевле. Во второй — аккуратно предлагает людям оценить компенсацию и решить, не пора ли им уступить место этому будущему. Microsoft пока не объявляет, что одно прямо вызвало другое, но декорации расставлены так, что зрителю не нужен режиссёрский комментарий.
Компания наращивает вычислительные мощности и одновременно предлагает значительной части персонала добровольно выйти из кадра. Это не обязательно заговор с калькулятором и красной кнопкой: большие корпорации регулярно меняют структуру, даже когда отчётность растёт. Но сам контраст показателен — успех измеряют выручкой и количеством дата-центров, а человеческий вклад внезапно становится вопросом внутреннего балла.
И тут появляется удобная формула: решение якобы принимает сам сотрудник. Добровольность звучит мягче сокращения, примерно как «самостоятельно покинуть помещение» звучит вежливее, чем «ваш пропуск скоро перестанет работать». Щедрый пакет делает выбор менее болезненным, но не отвечает на главный вопрос: почему компания, которой нужны новые навыки и больше вычислений, одновременно готова расстаться с тысячами людей.
Возможно, Microsoft действительно проверяет новый формат управления штатом и собирается учиться на результатах. Корпорации вообще любят эксперименты, особенно когда последствия можно распределить между теми, кто подписывает документы, и теми, кто их получает. Если программа окажется удобной, добровольный выход может стать ещё одним инструментом оптимизации — не громким увольнением, а аккуратной дверью с табличкой «выбор за вами».
Есть и другая сторона этой гонки: дата-центры требуют огромных вложений, энергии и земли, а местные жители не всегда встречают их фанфарами. Собственные чипы обещают удешевить вычисления, ИИ — повысить производительность, а масштаб бизнеса — оправдать расходы. В этой конструкции человек легко превращается в строку, которую можно перенести из графы «штат» в графу «эффективность».
Самое занятное — никто не обязан быть злодеем, чтобы система выглядела именно так. Достаточно, чтобы инвесторы хотели роста, руководство — гибкости, а каждый отдел доказывал, что способен обойтись меньшим числом людей. Потом всё это называют трансформацией, и слово работает как свежая краска: под ней не исчезает старый вопрос о цене прогресса.
Для работников ответ пока зависит от личного расчёта: взять компенсацию или остаться и надеяться, что новая стратегия найдёт для них место. Для остальных это напоминание — технологические обещания продают как общее благо, а оптимизацию обычно оформляют персонально. Будущее, как выясняется, не отменяет кадровую политику. Оно просто научилось говорить о ней языком токенов, эффективности и добровольного выбора.