Samsung и поезд с дипфейками

На утренней сессии вопросов и ответов с четырьмя топ‑менеджерами Samsung обсуждалась тема, которая давно назревала: стремительный рост возможностей генеративного ИИ и превращение фото и видео в то, чему уже почти нельзя верить. До 2025 года Samsung оставалась крупнейшим производителем смартфонов в мире — а значит, и лидером в создании камер. Сейчас компания уступила первую строчку Apple, но занимает второе место и по-прежнему задаёт тон индустрии.

Мне первым передали микрофон, и я задал вопрос, который всё чаще звучит во всём мире. С одной стороны, люди хотят, чтобы ИИ улучшал их снимки, превращал серые кадры в маленькие шедевры и делал видео зрелищнее. С другой — растёт тревога: чем больше искусственный интеллект дорисовывает, сглаживает и «оживляет», тем меньше мы можем быть уверены, что перед нами реальность, а не аккуратно склеенная иллюзия.

Проблема становится особенно острой сегодня, когда дипфейки — подделанные изображения и видео, созданные ИИ — стали настолько правдоподобны, что их трудно отличить от настоящих. Эта технология уже используется и мошенниками, и политическими провокаторами, и всеми, кто хочет манипулировать восприятием. Общество оказалось разорвано между удобством красивых картинок и страхом окончательно потерять доверие к визуальным доказательствам.

Я упомянул C2PA — стандарт метаданных, созданный крупными технокомпаниями, чтобы подтверждать подлинность фото и видео. Он должен был стать цифровой печатью, гарантирующей «это не фейк». Но на практике C2PA оказался бесполезным: большинство платформ не поддерживает его, злоумышленники легко удаляют метаданные, да и пользователи редко обращают внимание на такие детали. Это как пломба на двери, которую никто не проверяет.

На этом фоне безопасность визуальных данных превращается в одну из ключевых тем: верим ли мы тому, что видим, если каждый ролик может быть сгенерирован, а каждая фотография — подправлена незаметно для глаза? И какую ответственность несут гиганты вроде Samsung, когда продвигают всё более «умные» функции обработки, не предоставляя обществу инструментов для защиты от фальсификаций?

Обсуждение превратило очевидное в формализованный вывод: гонка за эффектными снимками подключила общество к поезду без тормозов, который мчится в сторону полной визуальной недостоверности. И пока индустрия продаёт билеты на это путешествие, вопрос остаётся открытым — кто будет отвечать, когда мы уже не сможем отличить ложь от истины.