Теплица в жару: как спасти урожай от коллапса

Июль на дворе — и жара под 30 градусов. На даче зелёные ёжики томатов и огурцов мечтают только об одном: не сойти с ума от зноя. Если вы всё ещё полагаетесь на вечную русскую надежду «авось само пройдёт», агроном Борис Нечипоренко спешит вас огорчить: термометр — не блажь, а обязательный элемент любой приличной теплицы. Один у двери, второй среди растений, и оба — на разной высоте. Без дневника наблюдений шанса на выживание у помидор нет: жара убивает цветки, пыльца превращается в бесполезный порошок, а завязи исчезают — словно зарплата после налогов.

Огурцы, видите ли (по словам дачников), «уши повесили»: листья висят, как после трёх подряд корпоративов. Полив по расписанию помогает — но не всегда. Дальше — больше. Сырые тряпки, ведра с водой — всё это работает только для самоуспокоения. Проветривание — единственный способ спасти растения, но не просто открыть дверь. Надо делать форточки в крыше и на стенах, чтобы горячий воздух улетал наверх, а холод шёл снизу. Если воздух густой, как утренний борщ, надо прореживать посадки, удалять лишние листья и вообще держать дистанцию между томатами — иначе все они заболеют, как пенсионеры в сезон гриппа.

Корни тоже просят подмоги: окучьте стебель томатов, как только увидите подозрительные бугорки на уровне почвы. Окучивание дважды — не вред, и спецы советуют делать это даже в июле. Огурцы и перцы не отстают — чем больше корней, тем больше влаги. Параллельно можно подкормить почву микробами: сенную палочку или триходерму в помощь. Главное — не мешайте это всё с химией, иначе будет не сад, а лаборатория безумного профессора.

Дачники, которые просверлили форточки, не закрывают двери даже ночью: чем больше кислорода — тем веселее урожай. Листья обрызгивают водой, но так, чтобы не началось заболачивание. А вот затенять агрилом не советуют: урожай только хуже. На вкус плодов перегрев сказывается мгновенно: помидоры становятся жесткие, огурцы закручиваются в странные формы. Перебор с теплом — и поесть эти овощи решится только экстремал.