«Красная Жизель»: балерина, которую сцена не отпустила

Ольга Спесивцева — одна из самых известных русских балерин XX века, чья судьба оказалась почти столь же драматичной, как и партия Жизели, принесшая ей мировую славу.

Она родилась 6 июля 1895 года в Ростове-на-Дону. Её отец Александр был провинциальным актёром с красивым голосом, мать Устинья Марковна — женщиной необыкновенной красоты. Однако счастливое детство закончилось рано: отец умер, и вдова осталась одна с пятью детьми. Из-за отсутствия средств детей пришлось отдавать в приюты и интернаты — не от бессердечия, а потому, что мать физически не могла одна содержать большую семью.

Ольга попала в Императорское театральное училище. Уже на выпускном спектакле она проявила себя как выдающаяся классическая балерина. Позднее вместе с братом Анатолием и сестрой Зинаидой служила в Мариинском театре, а к 1920 году стала его прима-балериной.

Главной ролью Спесивцевой стала Жизель. Чтобы правдоподобно передать безумие героини, балерина посещала психиатрические лечебницы и наблюдала за пациентами. Она стремилась не изображать помутнение рассудка, а показать, как рушится связь человека с реальностью. Критики отмечали, что её Жизель была не условным балетным персонажем, а настоящей человеческой трагедией.

Спесивцеву приглашали на гастроли по всему миру. Сначала она не хотела ехать за океан: её отговаривал первый муж, театральный критик Аким Волынский. Позднее артистка выступала с «Русским балетом Дягилева», где её фамилию на афишах сократили до «Спесив». Зарубежная публика была покорена её талантом.

После революции Спесивцева приняла новый строй, но вскоре рассталась с Волынским. Её вторым мужем стал Борис Каплун, сотрудник Петросовета. Брак оказался тяжёлым. Балерине казалось, что супруг следит за ней и готовит убийство. Окружение Каплуна, связанное с новой советской элитой, было ей чуждо. Однажды муж даже повёл её в крематорий — тогда это считалось способом пощекотать нервы.

В 1924 году Спесивцева вместе с матерью уехала якобы на лечение в Италию, а затем перебралась во Францию. С 1924 по 1932 год она была ведущей приглашённой балериной Парижской оперы — «Гранд-опера». Для неё хореограф Джордж Баланчин поставил балет «Кошка». Она гастролировала в Италии, Аргентине и Австралии, исполняя «Жар-птицу» и «Лебединое озеро».

Однако личная жизнь и карьера постепенно давали трещины. Брак с танцовщиком Борисом Князевым и попытка открыть собственную школу закончились неудачей. Эмиграция, постоянные переезды и колоссальное напряжение подорвали психику артистки.

В 1939 году Спесивцева уехала в США. В 1943-м она потеряла память и навсегда покинула сцену. Существует легенда, что её сломало слишком глубокое вживание в образ безумной Жизели, однако точные причины психического расстройства неизвестны. Около двадцати лет, с 1943 по 1963 год, балерина провела в психиатрической клинике. Когда она пыталась объяснить врачам, что является знаменитой артисткой, её слова воспринимали как проявление мании величия.

Возможно, пролить свет на её состояние помогли бы дневники Спесивцевой, но полностью они до сих пор не опубликованы. К 1963 году память начала возвращаться, и балерина постепенно восстановилась. Вернуться на сцену она уже не могла.

Последние годы Спесивцева провела в пансионе на ферме Толстовского фонда в городке недалеко от Нью-Йорка. Фонд создала Александра Львовна, младшая дочь Льва Толстого, чтобы помогать русским эмигрантам. 16 сентября 1991 года Ольга Спесивцева умерла в возрасте 96 лет. Её похоронили на русском кладбище в Ново-Дивееве.

На родине балерины, в Ростове-на-Дону, память о ней долгое время почти не была обозначена: нет ни памятника, ни мемориальной таблички. Существует лишь ежегодный балетный фестиваль, названный в её честь. Так завершилась история «Красной Жизели» — артистки, которую аплодисменты сделали мировой звездой, но не смогли защитить от одиночества, болезни и забвения.