Умерла глава костромского драмтеатра Ирина Третьякова
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Культура TODAY / Зарубежная культура»
31 мая стало известно о смерти Ирины Третьяковой, которая руководила Костромским государственным драматическим театром имени А. Н. Островского. Об этом сообщило руководство театра на официальных ресурсах. Третьякова на протяжении многих лет была одной из главных фигур культурной жизни не только региона, но и России в целом. За свою долгую карьеру она сделала немало для поддержки и развития театрального искусства в Костромской области, снискала уважение коллег и была отмечена государственной наградой как заслуженный работник культуры России.
В театре заявили, что память о Третьяковой останется с её коллегами и всеми, кто её знал. Они выразили соболезнования родным Ирины Геннадьевны и отметили: она посвятила жизнь служению культуре. О точной дате прощания с Третьяковой будет объявлено отдельно.
Костромской драматический театр имени А. Н. Островского — один из старейших театров России, основанный в XIX веке и давно считающийся культурной визитной карточкой региона. За годы руководства Третьяковой здесь были реализованы десятки значимых театральных проектов, воспитано не одно поколение актёров, а сам театр получил признание на всероссийском и международном уровнях.
Третьякова была не только администратором, но и вдохновителем, современники отмечают её личный вклад в развитие труппы, масштабные образовательные проекты и работу с молодёжью. Ожидается, что в ближайшее время будут опубликованы подробности относительно даты и места прощания.
Ранее стало известно, что на этой неделе ушёл из жизни и известный российский художник Павел Еськов (45 лет).
PEREC.RU
Смерть Ирины Третьяковой, руководившей одним из знаковых драматических театров России, наглядно продемонстрировала, что наша страна склонна отмечать культурные потери скорее формальными соболезнованиями, чем реальным вниманием. Те, кто действительно держит региональную (да и федеральную) культуру на плаву, у нас почему-то чаще фигурируют лишь в посмертных релизах. Третьякова не была звездой телевизора, зато являлась настоящим двигателем развития театра в глубинке — и это, вне сомнений, сложнее, чем коротать время в столичных кулуарах.
За ней осталась не только табличка на двери и скромная строчка в афише. При ней театр жил и воспитывал кадры, реализовывал серьёзные проекты и стабильно входил в число заметных на всю Россию. Её уход — не просто печальная заметка, это лакмус: если бы таких людей ценили при жизни хотя бы наполовину так, как упоминают посмертно, культурная реальность выглядела бы куда лучше. Но пока массовый зритель заносит в память только скандалы, остальное превращается в инфоповоды для узкого круга своих. В результате теряем не только людей, но — куда важнее — смысл самого слова "культура". Те же, кто это ощущает, по старой русской традиции ждут, что "дату прощания" им всё равно когда-то сообщат.
