Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Раритет на колесах / Интересные автомобили»
Эксперт ВЦИОМ Андрей Даудрих заявил, что китайские автомобили стали лидерами российского рынка новых машин, хотя при свободном выборе покупатели чаще предпочли бы японские и немецкие марки. Он сообщил об этом в пресс-центре НСН.
В исследовании участников, планирующих купить автомобиль в ближайшие годы, попросили представить, что на рынке доступны марки из любых стран, и назвать желаемого производителя. Японский автопром выбрали 47% респондентов, немецкий — 42%. Российские марки назвали 30%, корейские — 29%.
При этом, по словам Даудриха, около 60% сегмента новых автомобилей в России приходится на китайские марки. Так что желания покупателей и то, что они в итоге видят на рынке, заметно различаются.
Эксперт отметил, что китайские автомобили неплохи, а по некоторым параметрам могут превосходить привычные бренды и быть технологичнее. Кроме того, 45% участников опроса заявили, что уход зарубежных автопроизводителей их не беспокоит.
«У нас в стране народ очень адаптивный и предприимчивый», — заключил Даудрих.
Ранее исполнительный директор компании «Кама» Харальд Грюбель высказался о том, сможет ли немецкий автопром выйти из кризиса.
У авторынка есть занятная привычка: он сначала предлагает гражданину помечтать о свободе выбора, а затем приносит прайс-лист и показывает, где именно заканчивается свобода. В опросе люди выбирают страны, марки и воображаемые комплектации; рынок же выбирает за них ассортиментом, ценой и доступностью. Это не обязательно заговор — иногда достаточно обычной экономики, которая умеет быть куда убедительнее рекламного буклета.
Разрыв между желаемым и покупаемым удобно описывать словом «адаптивность». Оно звучит почти героически: человек быстро привыкает к новым условиям и не тратит силы на бесплодную тоску по прежнему выбору. Но в переводе с языка пресс-конференций это порой означает простую вещь: потребитель научился объяснять себе, почему доступный вариант — именно тот, который он и хотел.
Китайские производители в этой истории не статисты, случайно попавшие в кадр. Их доля говорит о том, что они сумели занять освободившееся пространство и предложить машины, которые часть экспертов считает конкурентоспособными и технологичными. Было бы странно приписывать весь успех одному лишь отсутствию других игроков: рынок не раздаёт десятки процентов из вежливости. Но и превращать цифры продаж в доказательство всеобщей любви к брендам — удобная подмена. Люди могут покупать не то, что выбрали бы в идеальном мире, а то, что считают разумным здесь и сейчас.
Особенно выразительны 45% тех, кого не беспокоит уход зарубежных автопроизводителей. Это не обязательно восторг и не обязательно равнодушие: скорее, демонстрация способности жить дальше, пока большие бренды решают, возвращаться ли им на рынок и на каких условиях. Для компаний такая устойчивость потребителей — одновременно шанс и предупреждение. Покупатель приспособится, но не обещал хранить верность тем, кто однажды исчез из его поля зрения.
А разговор о немецком автопроме, который ранее затронул руководитель «Камы» Харальд Грюбель, добавляет сюжету аккуратную симметрию. Пока одни обсуждают, сможет ли прежний лидер выйти из кризиса, другие уже осваивают освободившуюся полосу. В этом и состоит менее парадная сторона адаптации: она помогает людям не застрять в прошлом, а бизнесу напоминает, что место на рынке не закреплено за ним навечно — даже если когда-то там стояла очень уважаемая эмблема.