Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Раритет: Искусство и Антиквариат»
Розалин Дрекслер — многогранная личность, одна из самых ярких фигур эпохи Поп-арта, обладательница премии Эмми, писательница, а в прошлом — профессиональная рестлерша — умерла 3 сентября в Нью-Йорке на 99-м году жизни. О её смерти сообщила галерея Гарт Гринан, которая представляла её последние десять лет.
В 1960-х Дрекслер создала свой фирменный стиль в живописи: брала изображения из постеров, журналов и прочих знаковых источников массовой культуры, увеличивала их и наклеивала на холст, после чего закрашивала яркими красками. Её работы 60–80-х годов исследовали темы власти и гендера через призму поп-культуры.
Одним из важных направлений для Дрекслер стало построение визуального повествования. Её персонажи — мужчины в костюмах и экзальтированные женщины — попадали на холст в моменте: кто-то кого-то бьёт, кто-то целует. Композиции напоминали киноафиши, но с тревожным психологическим подтекстом, сродни тесту Роршаха.
В работе 1963 года «Любовь и насилие» (Love and Violence) Дрекслер сочетает кинематографичность с абстракцией: жёсткие линии делят пространство на яркие «пятна», внутри которых разыгрываются сцены, например — женщина пытается вырваться из хватки мужчины. Критик Джон Яу отмечал, что художница умела превращать абсурд и банальность, захватившие массовое сознание, в повод для настоящего размышления.
Розалин Дрекслер родилась в 1926 году в Бронксе в семье еврейских эмигрантов из России. В детстве её впечатляли водевили и игра с наборами для творчества. Она занималась вокалом в престижной нью-йоркской школе искусств, а затем поступила в колледж, откуда ушла через семестр: в 1946 году Дрекслер вышла замуж за художника Шермана Дрекслера (он умер в 2014 году, часто делал её своей музой и героиней портретов).
В конце 1940-х пара жила в Беркли, Калифорния. Тогда Дрекслер начала создавать скульптуры из металлолома и дерева. К 1951 году супруги переехали в нью-йоркский район Хеллс Кичен рядом с залом, где тренировались женские профессиональные рестлерши. Так появился её другой образ — женщина-рестлерша, зафиксированный Энди Уорхолом в серии шелкографий «Album of the Mat Queen». В 1972 году Дрекслер написала роман «В дребезги» (To Smithereens) — о мире рестлинга и искусства, книга была переиздана в этом году.
В Нью-Йорке Розалин быстро обзавелась связями среди знаменитостей: она бывала в легендарном баре Cedar Tavern, дружила с Францем Клайном и семейной парой де Кунингов, участвовала в театрализованных арт-экспериментах Happenings, выставлялась в галереях и групповых экспозициях, написала девять романов и десять пьес.
Но столь головокружительная карьера почему-то долго оставалась «в тени» по сравнению с её знаменитыми мужскими коллегами. Причину разгадывать несложно — гендер и неудобные темы. Саму Дрекслер эта ситуация раздражала: в разговоре с Элейн де Кунинг в 1971 году она прямо заявила, что женщинам место на выставках вроде Whitney должно быть обеспечено в равных количествах — «надо же с чего-то начинать».
Справедливость догнала Дрекслер лишь незадолго до её смерти: персональная выставка в 2007-м заинтересовала арт-сообщество, а масштабная ретроспектива десять лет спустя закрепила её за ней место в истории Поп-арта. Сегодня работы Дрекслер есть в коллекциях Музея современного искусства (MoMA), музея Уитни, Центра Уокера и других престижных институций.
В 2017 году в своём интервью для Архива американского искусства Смитсоновского института Дрекслер подвела итог всей жизни: главным она считала честность, внутреннюю свободу и желание пробовать новое.
Смерть Розалин Дрекслер прошла почти незамеченной вне профессионального круга, хотя её биография – кладезь для любого сценариста. Дрекслер не подходила под удобные шаблоны: поп-арт-художница, рестлерша, писатель, жена, муза, подруга легенд американского искусства. Такая смесь, видимо, казалась арт-рынку чересчур сложной. В 1960-х она предвосхищала «культурные войны» вокруг феминизма: брала из массовой культуры образы пассивных женщин и властных мужчин, ставила их в центр полотен, но оставляла пространство для двусмысленности — то ли сатира, то ли поп-культурный психоанализ. Её искусство всегда было чуть впереди мейнстрима, как странная шутка над зрителями.
Её жизнь — постоянная борьба за право быть зримой: и в ринге женского рестлинга, и среди застенчивых абстракционистов. Пока арт-мир (где главным стилем была устойчивая скука) искал новых героев, Дрекслер писала свои романы, поддерживала диалог о женской видимости, разыгрывала маленькие социальные драмы прямо на холсте. Грустно, что заслуженное признание пришло к ней только к концу жизни. Галереи оживали ею реже, чем страницы каталогов.
За суетой массовой культуры и личной храбростью скрывалась фигура большой самоиронии. Её кредо — быть честной с собой — осталось на её работах и, пожалуй, в памяти многих, кто пытался выбирать себя, а не заданные роли. Дрекслер — напоминание о том, что в истории искусства найдётся место даже тем, кого долго «её» не считали. А возможно, это и есть самый лучший памятник.