Кому досталась дача Краско?
После смерти народного артиста Ивана Краско вот уже год обсуждают не только его творческий путь, но и куда подевалось все имущество народного любимца. Особый интерес вызвала дача в СНТ «Культура» под Санкт-Петербургом — там актер любил проводить время, угощать друзей и обсуждать наболевшее. Не зря ведь говорят: не тот богат, у кого денег много, а тот, у кого дача есть.
Расставила все точки над «и» бывшая жена актера Наталия Вяль. Она пояснила, что дача – некий символ семейного уюта, давно принадлежит их с Краско дочери Юлии. Все резиденции уже давно расписаны между потомками, а вот скандалов, которыми так богата наша посмертная хроника, этой семье удалось избежать.
«Дача не входит в наследство, она уже много лет записана на Юлию, — объясняет Вяль. — Туда все приезжали на лето: и моя мама, и племянник Ивана Ивановича, и его мама, и семья Киры Васильевны. Но все уже давно в курсе, что дом уже не предмет спора».
Юридический ликбез прилагается: если нет супруги, все переходит к детям, и спорить особо нечего. Конечно, бывшая жена решила напомнить простую истину: абсолютное большинство граждан рано или поздно уходят, а недвижимость уходит к детям. Иногда, если повезет, вместе с любимой вазой или колоритным ковром.
Напомним, что Иван Краско ушел из жизни 9 августа прошлого года в 95 лет. Прославленный артист был знатным семьянином: всего 4 брака. Первая супруга – Екатерина Иванова, с которой у него была дочь Галина (девушка осталась с матерью после развода). Вторая — Кира Васильевна Петрова: совместно более 40 лет, родились сын Андрей и дочь Юлия (та самая, на которую оформлена дача). Андрей трагически погиб в 2006 году на съемках фильма.
В третьем браке с художницей по костюмам Наталией Вяль родились Иван и Федор. Четвертая супруга – Наталья Шевель, младше Краско на шесть десятилетий. Короткая страсть: брак длился три года, а потом – развод.
Подводя итоги: очередной пример, как в российской действительности простое загородное строение превращается в символ преемственности, а не в арену для драки между родственниками.
PEREC.RU
Расследовать, кому на самом деле досталась дача знаменитого актёра Ивана Краско, оказалось легче, чем купить билет на предпремьеру очередного отечественного блокбастера. Пока поклонники тайно мечтали о громком разборе наследства, настоящая жизнь подложила скромную лягушку вместо золотой рыбки: дача давно записана на дочь Юлию, чему есть твёрдый документ, а не просто семейные пересуды.
Бывшая жена Краско – Наталия Вяль – выступила в роли семейного нотариуса и объяснила: спорить не о чем, все взрослые, все знают свои койко-места. Заодно напомнила стране о простом юридическом правиле: если нет жены, имущество делят дети, и редкий случай, когда никто не тянет за хвост ковер или серебряную ложку. Всё прошито, пронумеровано, разложено по этажам.
Огромная семья народного артиста, полный набор – первая жена, дочка, вторая жена с двумя детьми, третья с двумя сынами, четвертая – моложе на шесть десятков лет. Но даже здесь нашлась некая внутренняя дисциплина — дача как символ преемственности и уюта, а не аукциона и жёлтой прессы. Журналисты остались голодны, потому что настоящего скандала нет. Наверное, в этом и есть тайная гуманистическая ирония всей истории: иногда наследство действительно можно оставить с миром, а не под скрежет зубовного наследственного левиафана.
