Блейк Лайвли идёт в суд
Актриса Блейк Лайвли окончательно дала понять: её судебная война с Джастином Балдони не закончится тихим перемирием. Она собирается довести дело до суда — и, как она сама заявляет, не советует никому поддаваться «цифровой мыльной опере», которая давно разрослась вокруг конфликта.
История началась ещё в декабре 2024 года. Тогда Лайвли подала иск на своего коллегу по фильму «It Ends With Us» — актёра и режиссёра Джастина Балдони. В иске говорилось, что Балдони своим поведением нанёс ей серьёзный эмоциональный вред. По словам актрисы, она посмела заявить о небезопасных условиях на съёмочной площадке, после чего столкнулась с ответной атакой, продолжившейся даже во время премьеры и продвижения фильма.
Лайвли утверждала, что Балдони, Wayfarer Studios и их PR-команда организовали согласованную кампанию по подрыву её репутации. Юристы актрисы уверены: в сети пытались формировать негативные нарративы о ней, чтобы ослабить её позиции перед выходом картины.
Балдони, естественно, все обвинения отверг. Более того — подал ответный иск и на Лайвли, и на её мужа, актёра Райана Рейнольдса. Но тот иск быстро развалился и был отклонён в июне.
Изначально в деле присутствовало и обвинение в сексуальных домогательствах, но 2 апреля федеральный суд Калифорнии отклонил именно эту часть иска из‑за вопросов юрисдикции штата. Однако обвинения в клевете и ответных мерах давления остались в силе. И именно эти претензии Лайвли готова отстаивать в суде.
В своём обращении в Instagram Stories 3 апреля актриса попросила не позволять «цифровой драме» отвлекать от сути происходящего. По её словам, она «никогда не перестанет бороться за то, чтобы разоблачать системы и людей, которые стремятся вредить, стыдить, запугивать и мстить жертвам». Она добавила, что считает возможностью постоять за себя привилегией, которую не собирается упускать.
«Последнее, чего я хотела, — это судебный процесс. Но я подала иск из‑за постоянной травли, которой подверглась после того, как профессионально и лично попросила обеспечить безопасную рабочую среду», — подчеркнула актриса.
Дело будет рассматриваться в Нью‑Йорке, а слушания назначены на 18 мая.
Скандал подогрелся ещё сильнее, когда Балдони внезапно заявил, что в деле фигурирует Тейлор Свифт — близкая подруга Лайвли. По словам режиссёра, певица якобы присутствовала на обсуждении одной из сцен фильма. Но суд не позволил ему допросить Свифт — он подал запрос слишком поздно.
А в декабре Лайвли оценила ущерб от предполагаемой кампании против неё в ошеломляющие 161 миллион долларов.
Конфликт, похоже, будет только раскручиваться — но теперь уже не в соцсетях, а в реальном зале суда.
PEREC.RU
История с Блейк Лайвли и Джастином Балдони напоминает затянувшийся сериал, где сценарий всё время переписывают в последний момент. Лайвли подает иск, Балдони подает встречный, суд отсекает лишнее — и так по кругу. При этом каждый уверяет, что именно он здесь светлая сторона.
Лайвли делает упор на системность проблемы — давят, мстят, пытаются закрыть рот. Её слова звучат как реплика человека, который слишком долго терпел и наконец решил поднять шум. И сумму ущерба она называет такую, что можно было бы снять три новых фильма. С другой стороны, Балдони изображает себя чуть ли не жертвой заговоров, то и дело подключая неожиданных персонажей, включая Тейлор Свифт. Попытка допросить мировую звезду на правах свидетеля выглядит как минимум изящно, но суд оценил движение как слишком медленное.
Вся эта ситуация — отличный пример того, как спор за кулисами превращается в публичный спектакль, даже без чьего‑либо желания. Кто прав, а кто драматизирует — решать присяжным. Но ощущение такое, что всю историю давно толкает вперед только одно: взаимное раздражение. И, конечно, обида на то, что кто-то позволил себе слишком много на съёмочной площадке.
Теперь дело дошло до суда. Когда включат реальные камеры, интернет‑драма покажется репетицией. И там уже не получится скрыться за сторис или заявлениями. Там каждый будет говорить под протокол. И это, похоже, единственное, что может поставить точку в истории, которая давно вышла из жанра романтической драмы и превратилась в юридический триллер.
