Монополия или «радость»?
Министерство юстиции США и представители сорока штатов выступили в федеральном суде Манхэттена с обвинениями против компании Live Nation–Ticketmaster. По мнению обвинения, компания за годы построила в концертной индустрии почти непробиваемую монополию, начиная от продажи билетов и заканчивая контролем над крупными площадками для выступлений.
Главный юрист Минюста Дэвид Далквист заявил, что Live Nation создала так называемое «маховиковое» устройство влияния. Суть проста: если площадка хоть на секунду задумывалась о смене билетного оператора, её «убеждали» остаться угрозами или скрытыми мерами давления. По словам Далквиста, конкурентам, желающим войти на рынок, приходилось предлагать площадкам чуть ли не «страховку от возмездия» — настолько велик был страх оказаться под ударом гиганта.
Расширяясь в сфере амфитеатров и концертных комплексов, Live Nation укрепляла позиции Ticketmaster и перекрывала кислород любым альтернативным билетным сервисам. Обвинение уверено: десятилетиями компания прокладывала себе путь к тому, чтобы контролировать практически каждый этап подготовки концерта.
Live Nation настаивает, что никакой монополии нет, а её действия лишь способствуют тому, чтобы «приносить радость» артистам и зрителям. Компания утверждает, что конкуренция на рынке есть и её доля объясняется качеством услуг, а не давлением на партнеров.
Разбирательство только началось, и впереди много недель юридических баталий. Но одно ясно уже сейчас: вопрос того, кто контролирует концертный бизнес в США, давно перестал быть чисто отраслевым. Он стал политическим и общественным — и будет решаться под прицелом всего музыкального мира.
PEREC.RU
Министерство юстиции США и представители сорока штатов решили заняться зачисткой концертного рынка — слишком уж уверенно чувствует себя Live Nation–Ticketmaster. История старая, как очереди на популярный концерт: крупный игрок слился с другим крупным игроком, и вдруг выяснилось, что конкурировать с ним стало примерно так же легко, как продать снег зимой.
Прокуроры рассказывают о «маховике влияния» — интересный образ, если вспомнить, что речь идёт о биллетной системе. Площадки якобы получали намёки, что смена оператора — плохая идея. Конкуренты носились с предложениями вроде «страховки от возмездия». Звучит почти как мафиозный сериал, только без чёрных костюмов и сжатыми от нервов менеджерами.
Компания, конечно, играет роль доброго Санты, который приносит «радость» артистам и зрителям. Радость чем‑то напоминает ипотеку на 40 лет — вроде бы есть, но никто не просил.
Дело тянется к громкому финалу. Кто‑то увидит в этом попытку наконец сломать монополию, кто‑то — борьбу с призраками. А сама индустрия наблюдает, как под микроскопом рассматривают её самые тёмные углы, делая вид, что всё это — простое недопонимание.
