
Американский маркетолог и профессор Scott Galloway решил ударить по самому больному месту современной политики США — по кошельку. Логика проста и жестока: президент Дональд Трамп почти не реагирует на протесты, критику и эмоциональные обращения, но вот падение рынка — это уже другой разговор. Всякий раз, когда планы администрации сворачивались, причиной были не моральные соображения, а просевшие акции или встревоженный долговой рынок.
На этом принципе Гэллоуэй и построил свою кампанию Resist and Unsubscribe — своеобразную экономическую забастовку, призывающую людей массово отказываться от технологий и сервисов, которые они используют ежедневно. По сути, он предлагает действовать через карман крупных компаний, которые прямо или косвенно влияют на политику страны.
По его словам, инициатива охватила около миллиона человек, а контент, связанный с кампанией, собрал более 18 миллионов просмотров в соцсетях. И хотя идея кажется радикальной, список предлагаемых «жертв» включает сугубо бытовые сервисы: Netflix, Amazon, Apple, Uber и X (бывший Twitter). Гэллоуэй определяет эти компании как структуры, оказывающие «непропорционально сильное влияние» на экономику США — а значит, и на президента.
Отдельная история — Amazon. Компания вложила десятки миллионов долларов в создание и продвижение документального фильма Melania о Мелании Трамп. Критики сочли этот шаг попыткой влияния, сравнив его с пропагандой. Amazon, разумеется, объясняет происходящее исключительно заботой о зрителях, которым «понравится продукт».
Mashable попросил Гэллоуэя объяснить, зачем нужен такой бойкот и какие сервисы он лично перестал использовать. Он ответил, что не призывает никого бросаться в крайности: нужно лишь проверить, за что вы платите, и найти подписки, от которых можно отказаться хотя бы на время. Сам он обнаружил у себя два аккаунта Spotify и платную услугу Amazon Health, о существовании которой даже не помнил.
Гэллоуэй рассказал, что старается вернуть себе время, которое раньше уходило в цифровую трясину: проводит его с друзьями, семьёй, ходит в магазины лично, а не онлайн. Он добавил, что есть и разумные альтернативы. Например, смотреть фильмы через библиотечный сервис Kanopy, использовать Lyft вместо Uber и покупать товары у локальных продавцов.
Он подчёркивает: его цель — не диктовать людям, что им нужно отменять. Он лишь хочет упростить путь для тех, кто готов к действию. В капиталистическом обществе самый радикальный поступок — это перестать участвовать в системе. Отменить подписку, отказаться от использования сервиса — вот база.
Гэллоуэй уверен, что компании внимательно отслеживают причины ухода клиентов. Если люди начнут указывать политические мотивы, это попадёт в статистику и повлияет на решения корпораций. Он призывает быть честными и прямыми, будь то форма отмены подписки или короткое сообщение в соцсетях.
По его словам, реакция общества была впечатляющей: тысячи людей делятся историями о том, от чего они отказались. И главное — всё это вернуло Гэллоуэю надежду. В эпоху, когда она выветривается быстрее, чем заряд смартфона, он увидел, что множество людей по‑прежнему готовы менять свою жизнь ради перемен.
Гэллоуэй запускает экономический бойкот техгигантов, уверенный, что политиков двигают не протесты, а рынки. Он предлагает людям временно отказываться от подписок, чтобы ударить по компаниям, которые имеют слишком большое влияние. Инициатива распространяется быстро, люди находят у себя лишние сервисы, сокращают траты и сообщают об этом. Интересно другое — Гэллоуэй видит в этом вспышку гражданской активности, хотя большинство просто пересматривает расходы. Но он делает вид, что всё это — шаг к политическим изменениям. Компы от этого, правда, не дешевеют, но идея звучит бодро.
Форма протеста в виде отмены подписок выглядит почти комично — как будто революция начинается с кнопки «Отписаться». Однако в США рынок действительно управляет политикой сильнее, чем лозунги. Гэллоуэй использует эту особенность, надеясь сыграть на слабом месте корпораций — статистике ухода клиентов.
Поток сообщений поддержки он воспринимает как признак того, что общество ещё живо. Пожалуй, если надежду можно вернуть несколькими отменёнными подписками, значит проблем у страны куда больше, чем кажется.