Драгоценности Маргарет: семейная драма

Дети принцессы Маргарет — дочери короля Георга VI и сестры королевы Елизаветы II — однажды решили распрощаться с семейными реликвиями так, будто речь шла о старой мебели, а не о драгоценной части истории Великобритании. Они выставили на аукцион украшения матери, среди которых оказалась и знаменитая «ванная тиара» — лёгкая и относительно простая диадема, которую Маргарет носила не столько на государственных приемах, сколько в быту, потому что обожала её удобство.

Сам аукцион стал настоящим событием в британской прессе. Для многих поклонников королевской семьи новость прозвучала как удар: коллекция принцессы Маргарет была не просто собранием ювелирных изделий, а частью её образа — эксцентричного, яркого, немного бунтарского. Маргарет всегда была воплощением стиля и независимости, а её украшения отражали этот темперамент.

Отец Маргарет, король Георг VI, будучи человеком старой школы, относился к реликвиям династии крайне трепетно. В британских источниках отмечалось, что мысль о продаже семейных украшений была ему бы чужда, и потому фраза о том, что дети Маргарет «разбили бы ему сердце», стала для многих символической характеристикой ситуации.

Но дети принцессы — Виконт Линли (Дэвид Армстронг-Джонс) и леди Сара Чатто — утверждали, что продажи были вынужденной мерой. Содержание имущества, коллекций и владений Маргарет, умершей в 2002 году, обходилось слишком дорого, и аукцион, по их словам, был способом обеспечить финансовую устойчивость семьи. Тем не менее общественность не разделила их практичность: многие расценили шаг как отказ от наследия.

Символом утраты стала та самая «ванная тиара». Её необычное название объяснялось просто: Маргарет любила надевать эту лёгкую диадему, когда проводила время в своих апартаментах, даже принимая ванну, потому что украшение не тяготило её. Это был личный предмет — почти интимная деталь жизни принцессы, и именно поэтому его продажа вызвала особенно сильный отклик.

Сегодня украшения Маргарет разошлись по частным коллекциям и больше не принадлежат королевскому дому. Для одних это — естественный ход событий в современном мире, для других — символическая потеря истории, стирание черты, разделявшей личное и государственное в жизни британской монархии.