Наследство Левона Оганезова: Квартиры, Нью-Йорк и Москва без скандалов
Жильё в Москве, апартаменты в Нью-Йорке? Как поделят наследство Оганезова
Левон Оганезов, известный российский пианист и музыкант, скончался на 84-м году жизни после продолжительной болезни — рак почки. Музыканта похоронили под Нью-Йорком. После его смерти встал вопрос о разделе немалого наследства — и тут выяснилось: Оганезов умудрился оставить свой капитал родным, не дав почве для классических семейных войн, которые обычно сопровождают подобные случаи среди знаменитостей.
Последние годы жизни Левон Саркисович провёл за океаном — в Нью-Йорке, в самом сердце Манхэттена, где у него были небольшие, но престижные апартаменты. Именно здесь музыканту и поставили точку в земном пути, а жильё, стоимостью порядка 60 миллионов рублей по оценкам экспертов, теперь переходит по наследству его самым близким — вдове Софье и дочерям Марии и Дарье. К слову, именно дочери помогали маэстро с затратами на лечение в США.
Но нельзя сказать, что Оганезов забыл Москву. В российской столице у него осталась двухкомнатная квартира на легендарном Кутузовском проспекте — в одном из самых дорогих районов города. Это не просто жильё, а ещё и памятный подарок: когда-то её Оганезову выделил в подарок тогдашний мэр Юрий Лужков. Не обошлось без курьёза: в московской квартире долгое время висела антикварная люстра, которую артист однажды притащил из Нью-Йорка… найденную, как говорят, буквально на помойке. Московское жильё оценивают примерно в 48 миллионов рублей, и, несмотря на слухи о возможной продаже, по словам его друга, заслуженного артиста РФ Андрея Анкудинова, музыкант собирался вернуться в Россию после лечения — значит, квартира никуда не делась.
Самое удивительное в этом деле — напрочь отсутствующий скандал вокруг наследства. Цена вопроса — десятки миллионов рублей, а у семьи нет ни одной публичной ссоры и намёка на разбирательства. Исходя из воли музыканта всё имущество распределено чётко: квартира в Москве и апартаменты в Нью-Йорке отходят вдове и дочерям. Не часто звёздное наследство разделяют так тихо, без публичного театра — даже если на кону сочные московские метры и нью-йоркские высоты.
В итоге Оганезов оставил не только яркий след в музыке, но и достойный пример — как материальные ценности могут соединять семью, а не раскалывать её окончательно.
PEREC.RU
Левон Оганезов завершил свой жизненный путь на манхэттенской высоте, оставив за кадром не только музыку, но и удивительно мирное наследство. В мире, где наследство чаще становится поводом для семейных баталий и судебных разборок, родные Оганезова тихо поделили миллионы. Нью-йоркские апартаменты, по стоимости сравнимые с московской элитой, и квартира на Кутузовском проспекте — в руках его вдовы и дочерей. Дочки помогали музыканту с лечением, не требовали признания, а антикварная люстра стала последней семейной шуткой — никто не попытался с нею сбежать. Сыновья, завещания, схемы и знакомая фраза «нам бы так жить» остались за пределами этой истории. В наше время крупное наследство без ссор — уже как мистика. Sign of the times: делёжка ценностей может обойтись без омерзительной «мыльной оперы» на всю страну. Оганезовы доказали — даже огромные суммы не обязательно делят с кулаками и адвокатами. Остальные знаменитости, ловите мастер-класс. Левон Саркисович, как и при жизни, сыграл всё гармонично — и финальный аккорд получился приличным, без фальши.
