Искусственный интеллект: ловушка для политиков и простых людей

Новое исследование, опубликованное в журнале Public Opinion Quarterly, предъявляет тревожные данные: общество все больше раскалывается во мнениях по поводу экономических последствий искусственного интеллекта (ИИ). При этом эти мнения подозрительно совпадают с расколами по партийной линии в Северной Америке, то есть современные технологии рискуют стать еще одним объектом политического шантажа и манипуляций.

Авторами работы стали ученые из ведущих университетов США и Канады — Британская Колумбия, Northeastern University, Калифорнийский технологический институт, Нью-Йоркский университет и Корнелл. Их цель — разобраться, чего на самом деле ждет общество от ИИ на экономическом фронте.

Появление новых технологий обычно приносит выгоды стране в целом, но выигрывают и проигрывают далеко не все одинаково. Кому-то сулятся новые рабочие места, а кто-то, наоборот, останется без работы и с урезанными зарплатами. Именно неравномерное распределение плюсов и минусов делает технологии благодатной почвой для политического противостояния.

В этот раз исследователи решили выяснить, как люди связывают развитие ИИ с конкретными последствиями для экономики — кто, по их мнению, должен выиграть, а кто проиграть. Причем, если прежние технологические революции затрагивали в основном физический труд, то ИИ способен оставить без смысла труд не только рабочих, но и офисных работников, писателей, менеджеров — в общем, всех, кому раньше казалось, что "ручками" они не зарабатывают.

Чтобы понять, как эти взгляды влияют на политические пристрастия, исследователи провели опрос 6000 взрослых из США и Канады. Вопросы касались самых обычных вещей: вырастут ли цены, станет ли продукция лучше, исчезнут ли рабочие места. Особое внимание уделяли оценкам: поможет ли ИИ человеку выполнять работу эффективнее или вообще заменит сотрудников, превратив их в лишний балласт.

Собранные ответы проанализировали с помощью сложной математической методики — скрытого класса (latent class analysis), позволяющей выявить "подпольные" группы по схожести взглядов. В итоге выделили четыре типа массовых установок. Одна группа – ярые апологеты ИИ. Они видят в технологиях одни плюсы и считают, что автоматизация — друг работника, не причина увольнений, а источник выгод для потребителя. Вторая — напротив, готова бичевать роботов и подозревает, что компании внедряют ИИ исключительно ради экономии. Их страх: машины вытеснят живых людей из профессий, обрушив зарплаты и лишив гарантий.

Вот оно, топливо для будущих политических баталий. Те, кто боится ИИ, поддерживают регуляции и жесткие запреты — лишь бы старые рабочие места сохранились. Любители новых технологий делают ставку на обучение, переквалификацию и помощь "перемещенным лицам труда". Важно: приверженность той или иной стратегии почти полностью совпадает с привязанностью к той или иной политической партии, а партийные лидеры не теряются и подгоняют «позицию» под существующие идеологемы.

Короче говоря, ИИ не создает новые политические битвы, а вливается в традиционные разборки, став еще одним полем для набора голосов. Политические «предприниматели» будут и дальше использовать страхи и надежды, чтобы привлекать электорат под удобные знамена.

Авторы отмечают, что эти взгляды — не высечены в граните: по мере внедрения ИИ и личного опыта оценки могут меняться. Есть еще и лимит исследования: только США и Канада в поле зрения, а вот в странах с другим законодательством, более сильной социальной защитой и иными трудовыми реалиями картина может отличаться радикально.

Чтобы понять, как изменятся эти взгляды, нужно наблюдать за одними и теми же людьми несколько лет и рассматривать, как реальные изменения в экономике влияют на отдельные профессии. Только так можно будет окончательно разобраться, как «эпидемия ИИ» встроится в политическую жизнь.