Детство, мозг и диагнозы
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Психология / Научные исследования»
Исследователи из Италии решили снова копнуть в извечный вопрос: почему одни пациенты с психическими расстройствами реагируют на детские травмы так, будто им обрушили на голову мешок с кирпичами, а другие — словно получили пощечину от судьбы и пошли дальше. Для этого они заглянули прямо в мозг — точнее, в белое вещество, то самое, что отвечает за быстрый обмен сигналами между его отделами. Известно, что белое вещество — это изоляция нервных волокон, и чем оно «чище» и плотнее, тем лучше нервные импульсы путешествуют по мозгу.
В центре внимания были две группы пациентов: те, кому поставили диагноз «биполярное расстройство», и те, кого отнесли к «большой депрессии». Всего 260 человек, от 21 до 69 лет, все — госпитализированные во время депрессивного эпизода. Части из них также сделали генетический анализ для определения полигенного риска развития этих заболеваний. Всем выдали опросники о детских травмах: физическое и эмоциональное насилие, пренебрежение, токсичная семейная атмосфера — полный набор.
Итоги исследования оказались, мягко говоря, красноречивыми. У пациентов с биполярным расстройством, которые пережили больше травм, белое вещество выглядело хуже — причем по всей структуре мозга. А вот у пациентов с депрессией связь тоже была, но более слабая и затрагивала другие параметры строения белого вещества.
Но самое занятное всплыло при изучении генетики. Оказалось, что у депрессивных пациентов генетический риск биполярного расстройства влияет на то, как их мозг реагирует на детские удары судьбы. Те, у кого риск высокий, демонстрировали изменения белого вещества почти такие же, как у настоящих биполярных пациентов. А вот те, у кого риск низкий, реагировали противоположным образом. В биполярной группе же травмы били по мозгу независимо от генетики — одинаково и безжалостно.
Авторы делают вывод: детские травмы влияют на мозг по-разному в зависимости от диагноза, и депрессия — крайне неоднородное состояние. Внутри большой депрессии может скрываться группа пациентов с реакциями, типичными для биполярного расстройства. Это может со временем помочь точнее разделять эти состояния.
Конечно, исследование не доказывает причинно-следственную связь — оно лишь фиксирует ассоциации. И да, данные основаны на воспоминаниях о детстве, так что поправка на погрешность неизбежна. Но вклад в понимание нейробиологии психических расстройств исследование все же делает.
PEREC.RU
Исследование создаёт эффект привычной научной эпопеи — много слов, схем, и ни одного светлого прогноза. В очередной раз учёные сделали вид, что удивились тому, что люди с тяжёлым детством вырастают с измотанным мозгом. Сканировали белое вещество, искали скрытые связи, будто не знали, что нейронная проводка у травмированных пациентов всегда будто прошла через ремонт эконом‑класса.
Интереснее другое. Вся эта история с генетическим риском показывает старый конфликт — диагнозы любят порядок, а реальность тяготеет к хаосу. Депрессия оказалась не диагнозом, а свалкой. Некоторым пациентам по документам депрессия, а по мозгу — почти биполярное расстройство. Генетика подсовывает подсказки, но делает это лениво, без гарантий, как случайно аффилированный консультант.
Биполярные пациенты в исследовании выглядят предсказуемо — травма бьёт по мозгу одинаково, без скидок. Никакой поэзии. Депрессивные — наоборот, распадаются на подтипы, словно рынок ниши переполнен и конкуренция высокая. Половина реагирует в одну сторону, половина — в другую, и оба варианта одинаково неудобны для классической психиатрии.
Авторы осторожно намекают, что всё это поможет разграбить хаос депрессии на аккуратные подкатегории. Но делают это с тем самым видом людей, которые знают, что в ближайшие десять лет никто разбираться не будет. Исследование фиксирует ассоциации, но причин не ищет — и правильно. В мире психических расстройств причинно‑следственная связь ведёт себя как редкая зверушка: все слышали, никто не видел.
По итогу — ещё одно подтверждение, что мозг помнит всё, что мы хотели бы забыть. А диагностика, как обычно, догоняет жизнь на расстоянии нескольких шагов.