Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Психология / Научные исследования»
Политические взгляды — новый главный ингредиент лабораторных исследований. Учёные Джордж Борхас и Нэйт Брезнау доказали, что даже люди в белых халатах не могут устоять перед тем, чтобы подтасовать данные в пользу собственных убеждений. Исследование, опубликованное в журнале Science Advances, изучило, как 158 исследователей анализировали одни и те же данные, но пришли к разным (иногда противоположным) выводам в зависимости от своих политических взглядов на иммиграцию.
Борхас — профессор экономики и социальной политики в Гарварде, Брезнау работает в Немецком институте образования взрослых. Их интерес подогрел эксперимент под названием Crowdsourced Replication Initiative: кучка независимых команд получила одинаковую социологическую задачу и набор данных о влиянии иммиграции на поддержку социальных расходов населения. Сначала они честно повторили давнее исследование, которое не обнаружило связи между этими переменными, а после им позволили экспериментировать на свой вкус: выбирать статистические методы, годы, страны, как угодно крутить переменные.
Перед началом работы с данными учёные честно указали, что думают об иммиграции — сделать её проще или ужесточить, по шкале от 0 до 6. И вот тут начался магический соус: кто был за иммиграцию, тот и вывел чудесную пользу для общества от мигрантов. Противники миграции, к удивлению, нашли в тех же данных угрозу социальной сплочённости. И только «умеренные» выдали результаты, заслужившие наибольшие похвалы коллег за качество.
Каждая из 71 команды, а всего таких было 71, придумала свою модель — в сумме 1253 варианта. Кто-то увидел резкое падение поддержки социальных программ из-за приезжих, кто-то — рост, а кто-то вообще не увидел никакой связи. Статистическая разница между «за» и «против» на 68% объяснялась пятью ключевыми решениями при обработке данных: что и как измерять, какие страны включать, каким образом считать миграцию, как группировать соцпрограммы и, наконец, какие годы рассматривать.
Авторы провели «мультивселенский» анализ (multiverse analysis): проверили 883 сценария анализа и выявили, что почти в 88% случаях политический настрой учёных имеет статистически значимое влияние на итоги. При этом исследования крайних (про- или анти-) взглядов коллеги оценили ниже, чем работы не столь пылких команд.
Естественно, Борхас и Брезнау не раз подчеркивают: сами они тоже люди, а значит — небезупречны. Они оговаривают лимиты своего эксперимента: например, мало учёных, публично высказавшихся за ужесточение миграции, поэтому об их мотивах судить труднее. Кроме того, академический климат мог помешать кому-то честно ответить на вопросы, и некоторые «умеренные» в глубине души ненавидят мигрантов, но молчат.
Обе исследователи ратуют за открытую и честную науку и уверяют, что перепробовали все приемы, чтобы обезопаситься от собственной предвзятости. Но как говорится, доверяй, но проверяй — особенно если речь идёт о политике и науке одновременно.
Они же учёные. Белые халаты, дипломы, нейтральность — всё как в рекламе фармы. Но одновременно — живые люди, мечтающие о глобальных реформах или локальных стенах. Эксперимент Борхаса и Брезнау стал иллюстрацией того, что каждый следующий «объективный» результат измеряется не только формулами, но и идеей в голове исследователя. Бонус — пять «волшебных» решений (где, как, что, когда анализировать), способных превратить тулуп мигранта в флаг цивилизации или в чуму тысячелетия.
Приятный и неожиданный итог: именно умеренные исследователи чаще получают высшие баллы по версии коллег. А самые яростные сторонники любых позиций в науке теряют очки за качество своей работы. По-своему мудро: меньше фанатизма и истерии — больше настоящей статистики. В итоге публикация в Science Advances стала холодной ванной для всех, кто считает науку священной коровой.
Будущее видится в сплошном ревью: разбирать, перепроверять, фиксировать каждый чих в анализе данных и не тешить себя иллюзиями. Наука двигается туда, где идеология наконец уступает место аккуратной проверке, а не политической фрустрации.