Cowgays рассказывают о религиозных травмах и шоу-бизнесе

The Cowgays — это музыкальное трио, состоящее из Адама Мака, Брук Иден и Криса Хаусмана. В феврале они впервые выложили ролик в TikTok — записали фрагмент своей песни «Wish I Wasn’t Gay» («Жаль, что я гей»), сразу получив почти 400 тысяч просмотров. На видео музыканты нарядились в ковбойские костюмы из искусственной коровьей шкуры, шляпы и розовые аксессуары — всё в лучших традициях кантри 90-х, только с явным уклоном в драму и самоиронию.

Каждый участник выпускает музыку отдельно: вместе у них четыре альбома, четыре мини-альбома и множество поп-кантри-треков, любимых критиками. Например, у Хаусмана есть «Blueneck», у Иден — «Act Like You Don’t», у Мака — «Dust Off Your Boots». Однако, по их ощущениям, даже сейчас, несмотря на популярность и современное звучание, в 2026 году они зачастую кажутся себе чужими на сцене кантри-музыки — особенно традиционного, «реднековского» представления про ковбоя и гитару.

Брук Иден отмечает, что современный мир может вести себя лицемерно: люди верят в то, во что им удобнее, а политика (особенно на фоне того, как бывший президент США охотно использует религиозные символы для саморекламы) только усугубляет этот внутренний обман. Их пугает, например, сокращение Прайд-парадов в городах США и то, что даже Нэшвилл, столица кантри, урезал своё празднование с трёх дней до одного. «Но сейчас, когда на нас давят особенно сильно, — говорит Иден, — важно выпускать честную, максимально гейскую музыку и создавать своё сообщество».

Адам Мак добавляет, что некоторое время назад казалось: в индустрии начинается поворот к принятию квир-исполнителей, что огласку получили их камин-ауты; но теперь маятник качнулся в другую сторону — новые запреты, законы, ограничивающие свободу. Участники группы верят, что их сообщество выдержит этот прессинг и всё же добьётся признания.

После вирусного успеха первой песни ребята выпустили второй сингл — «Good Hoedown». Это бодрый танцевальный трек в духе классиков 90-х, таких как Brooks & Dunn и Tracy Byrd. В клипе снялась победительница шоу RuPaul’s Drag Race All Stars шестого сезона — Кайли Соник Лав, а в музыке явно слышны вдохновения Faith Hill и Shania Twain, но уже с фокусом на квир-тематике.

Сами The Cowgays называют себя «тремя сольными артистами, собравшимися, чтобы рассказать свои истории». При этом они подчеркивают: «Wish I Wasn’t Gay» — песня о религиозной травме и попытке примириться с собой. Хаусман говорит, что на личное преодоление этого ушло десять лет, а Иден объясняет: её детство прошло в баптистской школе и религия была везде. Она долго считала гомосексуальность грехом, боялась ада, скандально познакомилась с будущей женой на радио-туре, и в итоге именно музыка помогла ей принять себя.

В кантри-индустрии, по их словам, квир-исполнителям по-прежнему непросто: поддержка скорее формальная, а лейблы почти не подписывают ЛГБТ-артистов. По словам Хаусмана, в самом Нэшвилле можно найти относительно либеральное «пузырь», но индустрия в целом консервативна. Группа нашла свой путь: перестала «разбавлять» свою идентичность ради признания и начала строить аудиторию вокруг себя.

The Cowgays рассказывают, что сейчас в кантри появляется всё больше открытых либералов и союзников — например, Кэйси Масгрейвс, которая работает с разной аудиторией, не боясь поддержки ЛГБТ, или Maren Morris, с которой музыканты мечтают поехать в тур. Они также отмечают, что испытывают огромную поддержку от слушателей — не только квир, но и гетеросексуальных, которые хотят быть союзниками для родных.

Основная мечта группы — не только изменить отношение индустрии к квир-кантри, но и показать: таких фанатов очень много, рынок на самом деле огромен; главное — не бояться быть собой и давать концерты, где каждый найдет для себя безопасное пространство.

Вдохновлялись в детстве они альбомами Faith Hill, Shania Twain, The Chicks, Brooks & Dunn и, конечно, Spice Girls: любили их за мощные женские голоса, гармонии, ощущение свободы и поддержку разных стилей. По их мнению, кантри всегда был немного «кэмповым» (то есть нарочито театральным и ироничным), и задача The Cowgays — вернуть в него это настроение, только в современном и гораздо более «гейском» варианте. В своих песнях они переписывают те истории и мелодии, которые хотелось бы слышать в юности.

По мнению группы, у кантри-музыки масса нераскрытого потенциала именно в инклюзивности. Даже если индустрия пока отстает, публика давно готова слушать и поддерживать таких артистов — ведь почти у каждого в жизни есть близкий человек из ЛГБТ, чью историю хочется услышать на сцене. И в завершении The Cowgays отмечают: «Геи тратят деньги» — а значит, индустрия ещё обязательно увидит выгоду от перемен.