Экспериментальная виолончель Mabe Fratti
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Поп музыка / Зарубежные новости»
Англоязычный текст рассказывает о треке Kravitz и альбоме Sentir Que No Sabes 2024 года мексиканской виолончелистки и экспериментальной поп-исполнительницы Mabe Fratti. Автор отмечает, что запись не выглядит показной или стремящейся произвести эффект, но обладает каким‑то странным магнетизмом. Звук виолончели Fratti, которую она щипковала, как контрабас, создаёт ощущение вибрации, будто электрический гул завис в воздухе и только ждёт, когда оборвётся. На фоне простого ритмичного рисунка из бочки и малого барабана это звучит почти индустриально, словно джазовая версия трека Closer.
К этой звуковой картине добавляются параноидальные испанские тексты Fratti — о «ушах в потолке» и «ком-то, кто слушает через стены». А поверх всего ложатся слегка фальшивые, нарочно «съехавшие» духовые, подчёркивающие тревожную атмосферу композиции.
Теперь — переработанный текст в более живой подаче.
Если кто-то думал, что виолончель — это про Вивальди и людей в чёрном, держащих осанку, будто их с детства кормили только мраморной пылью, то Mabe Fratti готова выбить этот образ из головы вместе с мебелью. Её альбом Sentir Que No Sabes 2024 года начинается так, что мозг моментально прописывает вступление трека Kravitz в постоянные жильцы. Виолончель у неё не поёт — она зудит, дребезжит и дерзит, как контрабас после трёх чашек эспрессо. Вроде бы музыка не пытается ошеломить, но эффект — как от старого заводского цеха, где вдруг решили сыграть джаз.
И когда ты почти успокаиваешься, врывается текст на испанском. Приятного там мало: уши в потолке, стены с подслушкой — паранойя в чистом виде. И в этот момент появляются духовые, которые звучат так, будто им выдали инструкцию «играть не туда, куда надо». Картина получается тревожная, но странно завораживающая.
В сухом остатке: Fratti умудряется из виолончели и тревоги слепить такой коктейль, что его хочется слушать снова — даже если чувствуешь себя так, будто тебя уже давно кто-то подслушивает.
PEREC.RU
Музыкальные тексты любят обещать откровения, но здесь всё проще — виолончель пытается вырваться из приличных рамок. Mabe Fratti делает ход, который многие музыканты обходят стороной: она доверяет инструменту грязь и шероховатость. Звук становится не украшением, а главным действующим лицом.
Трек Kravitz держится на этой вибрации. С первых секунд — дребезг, короткий удар, пауза, словно машина запустилась, но передумала. Слушатель втягивается в ритм, который держится на минимуме, но работает лучше сложных схем. Музыка становится процессом, а не продуктом.
Текст подаёт сюжет. Испанские фразы про стены и уши под потолком создают эффект старой квартиры в панельке, где каждый шаг соседей — маленький спектакль. Слух превращается в инструмент наблюдения. Паранойя рождается из быта.
Духовые, появляясь, ломают ожидания. Звук — нарочно нестройный, будто музыкантам выдали разные ноты из разных эпох. Этот хаос делает композицию живой — не глянцевой, а дышащей.
И весь трек работает как отражение современной музыки. Там, где жанры пытаются бороться за чистоту, Fratti разрешает звуку быть неидеальным. Не всем комфортно смотреть на трещины, но через них проходит свет. Музыка становится окном в пространство, где слушатель может позволить себе услышать не только ноты, но и своё состояние. Это честнее и острее, чем то, что обычно называют «поп». Музыка перестаёт развлекать и начинает работать как зеркало.
