Умер режиссёр Себастьян Лелио — автор «Фантастической женщины» - Новости кино perec.ru

Умер режиссёр Себастьян Лелио — автор «Фантастической женщины»

07.11.2026, 07:18:00 Кино
✮✮✮✮✮✮✮
Умер режиссёр Себастьян Лелио — автор «Фантастической женщины»

Чилийский режиссёр Себастьян Лелио, автор фильма «Фантастическая женщина», получившего премию «Оскар» за лучший фильм на иностранном языке в 2018 году, умер в возрасте 52 лет. Его нашли мёртвым в собственном доме в Сантьяго в пятницу, 6 ноября. По данным чилийского издания Emol, смерть наступила на фоне нераскрытой проблемы со здоровьем. Тело обнаружила его партнёрша, актриса и режиссёр Амалия Кассай, сыгравшая в последнем фильме Лелио — музыкальной драме о протестном движении «Волна», показанной вне конкурса на Каннском кинофестивале 2025 года.

Кассай опубликовала в Instagram заявление семьи. В нём говорится, что Лелио умер из-за проблем со здоровьем, а близкие переживают тяжёлое горе и просят уважать их частную жизнь. В заявлении режиссёра назвали прекрасным человеком, который представлял чилийскую культуру в важные исторические моменты.

На момент смерти Лелио работал над полнометражным фильмом «Чилийский поэт» по роману Алехандро Самбры, выпущенному издательством Viking в 2022 году. Картина стала его незавершённой работой. Её продюсировали братья Пабло и Хуан де Диос Ларрайн, с которыми режиссёр сотрудничал почти во всех своих фильмах. Оператором проекта был постоянный соратник Лелио Бенхамин Эчазаррета. Что будет с фильмом теперь, пока неизвестно.

Мировую известность Лелио принёс фильм «Фантастическая женщина» (2017) с трансгендерной актрисой Даниэлой Вегой. Картина получила «Золотого медведя» Берлинского кинофестиваля и затем «Оскар» в категории «Лучший фильм на иностранном языке» — это была первая чилийская заявка, выигравшая награду. Вега участвовала в работе над сценарием. Фильм считают важным для изображения трансгендерных людей в кино: он повлиял на отношение к этой теме и в Чили, и в Американской киноакадемии.

В 2017 году Лелио также снял «Неповиновение» — драму о запретной любви двух ортодоксальных еврейских женщин в Лондоне. Главные роли исполнили Рэйчел МакАдамс и Рэйчел Вайс. Фильм вышел в американский прокат весной и летом 2018 года и собрал там почти 3,5 миллиона долларов.

Ещё одной заметной работой стала «Глория» (2013) — история 58-летней разведённой женщины, которая начинает жизнь заново. За главную роль Паулина Гарсия получила «Серебряного медведя» Берлинского кинофестиваля. Фильм снимали цифровой камерой, а сценарий и диалоги отчасти создавались вместе с актёрами. В США его выпустила компания Roadside Attractions, а критики включили картину в число лучших фильмов 2013 года. В 2018 году Лелио переснял её на английском языке под названием «Глория Белл»: главную роль сыграла Джулианна Мур, а её партнёром стал Джон Туртурро.

После пандемии режиссёр снял «Чудо» по роману Эммы Донохью. Донохью, Лелио и Элис Бёрч вместе работали над сценарием. Флоренс Пью сыграла британскую медсестру, которую отправляют в Ирландию наблюдать за девочкой, якобы способной обходиться без еды. Фильм показали на фестивале в Теллурайде, а затем выпустили на Netflix; критики встретили его благосклонно.

Последней вышедшей работой Лелио стала «Волна». В центре сюжета — замкнутая студентка-музыкант, которую захватывает протестное движение на фоне феминистской борьбы в кампусе. После премьеры вне конкурса в Каннах в 2025 году фильм получил ограниченный прокат от Wolfe Video и положительные отзывы на фестивалях.

Лелио родился в Аргентине, но в два года переехал с матерью в Чили. Он окончил Чилийскую киношколу и начинал с короткометражек и музыкальных клипов. Его дебютный игровой фильм «Святое семейство» показали на фестивале в Сан-Себастьяне, следующую картину, «Рождество», — в Каннах в 2009 году. Драма «Год тигра», посвящённая жизни после землетрясения в Чили, вышла в 2011 году на фестивале в Локарно; в ней сыграл популярный чилийский актёр Луис Дубо.

В опросе журнала Sight & Sound 2022 года среди любимых фильмов Лелио были названы «Сладкая жизнь», «Игровое время», «Четыреста ударов» и «Поющие под дождём». Их влияние заметно в его работах — порой ярких и игривых, порой намеренно дерзких. Режиссёр умел рассказывать о людях, чья идентичность меняется и постепенно обретает опору.


PEREC.RU

Киноиндустрия любит говорить о наследии так, будто оно автоматически продолжает работать после ухода автора — достаточно положить рядом несколько наград, и память сама заведёт мотор. Но фильмография Лелио интересна не количеством фестивальных отметок, а тем, что он выбирал героев, которых общество предпочитает сначала не замечать, а потом обсуждать исключительно в удобных для себя терминах.

Здесь есть занятное противоречие. Кино о свободе и самоопределении охотно хвалят на церемониях, где свобода уже разложена по номинациям и таймингу, — и это не отменяет значения самих картин. Просто индустрия умеет превратить даже неудобный разговор в аккуратно подсвеченный трофей. Проблема не в награде, а в привычке считать, что награда закрывает тему.

Незавершённый проект режиссёра теперь становится проверкой на честность для тех, кто его финансировал и производил. Можно сохранить замысел, привлечь другого постановщика или оставить фильм незавершённым — каждое решение будет выглядеть как забота о наследии, пока не появится смета. Кино, разумеется, искусство; рядом с искусством обычно стоит бухгалтерия и вежливо напоминает, кто оплатил декорации.

В этой истории нет повода придумывать тайные заговоры: достаточно обычной механики индустрии. После смерти автора его имя одновременно становится памятью, брендом и аргументом в переговорах. Случайно аффилированные участники могут обнаружиться уже на стадии пресс-релиза — не обязательно потому, что замышляли что-то, а потому, что рынок умеет подбирать правильные слова быстрее, чем люди успевают пережить утрату.

Для зрителя остаётся менее удобный вопрос: почему истории о чужой уязвимости так часто становятся заметными лишь после международного одобрения? Возможно, дело в привычке доверять внешнему штампу больше, чем собственному взгляду. Фестиваль ставит печать — и публика получает разрешение увидеть то, что было перед ней всё это время.

Лелио снимал людей, которые не совпадали с готовыми объяснениями. Теперь индустрия будет объяснять самого Лелио — через награды, формулы «важного голоса» и тщательно отмеренные слова о наследии. Так устроен культурный конвейер: сначала он просит художника говорить сложнее, потом упаковывает его в простую фразу. Зрителю остаётся не принимать упаковку за содержание и смотреть фильмы — редкий способ сохранить разговор живым, не превращая его в памятную табличку.

Поделиться

Похожие материалы