Космонавт Фёдор Юрчихин разносит кинофантастику: ляпы, невесомость и чай по-гагарински

Герой России, лётчик-космонавт Фёдор Юрчихин, человек с пятью космическими полётами и более 672 днями за пределами Земли, не привык раздавать комплименты кинофантастике. Его признание: фильм «Вызов» с актрисой Юлией Пересильд он никогда не уважал – не из-за кинематографистов, а из-за того, что ради съёмок было отложено реальное научное исследование на МКС. Юрчихин считает, что если искать киноленты о космосе, то зрителю надо быть готовым к художественной условности. Но когда сценаристы впадают в техническую феерию, забывая, что космонавтика — не весёлый аттракцион, а работа на грани человеческих возможностей, впечатление портится полностью. В числе «шедевров» с семью Оскарами (как, например, «Гравитация») он выделяет такие ляпы, как подготовку героини Сандры Буллок к выходу в открытый космос за 6 месяцев (в реальности на это уходят годы) и знакомство членов экипажа уже на орбите (в действительности команда долго срабатывается ещё на Земле). Российский «Вызов» тоже не избежал космических противоречий — и даже превзошёл голливудских коллег: ради фильма целых троих космонавтов убрали из запланированного экипажа, двое больше не смогут летать. Взамен зритель получил фильм, снятый в невесомости, но с настолько неправдоподобной медицинской «операцией», что Юрчихин называет это чистым абсурдом — к примеру, пробить лёгкое сквозь скафандр не получится, ведь он как рыцарские доспехи, специально создан для защиты от микрометеоритов. Вместо героизма — профанация, взамен правды — бюджетные траты. Почетному гостю фестиваля детского кино «Хрустальный ИсточникЪ» есть с чем сравнивать, ведь его путь был долгим: перед первым полётом Юрчихина десять лет не допускали к космосу по медицинским показаниям. Будущий космонавт рос под влиянием образа Юрия Гагарина — и даже был уверен, что «Гагарин» — это не имя, а титул для отличников. До космоса длинная очередь — после медосмотра минимум два года учёбы, затем группы, экспедиции, дублирующий экипаж, экзамены — всего больше ста. Да и после полёта покой только снится — снова подготовка, снова проверки. Поэтому быт на станции прост: в меню — более 500 блюд, от какао до борща, но всё из саше и банок. Любимое у Юрчихина — творог с орехами, омлет по-мексикански и яблоки в соку. Дом на Земле никто не отменял: жена Лариса — опора на все годы, младший сын Коля — подарок судьбы и гордость семьи, а шуточные прозвища — напоминание о том, что и космонавты мечтают. Между вымыслом и реальностью — пропасть, заполненная Оскарами и государственным бюджетом, но путь к звёздам — труд, который кино редко показывает честно.