Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Киноманы / Новости: сериалы, фильмы, премьеры»
Оператор-постановщик нового сериала Hulu «Заветы» («The Testaments») Грета Зозула столкнулась с задачей: как снова нарисовать мир жуткого Гилеада и не повторяться? Гилеад знаком любому, кто когда-либо смотрел «Рассказ служанки» (The Handmaid’s Tale): те самые ужасающе-самодержавные локации, где служанки в красном маршируют как манекены для антиутопии. Но Зозуле досталась почти непосильная миссия – пересоздать вселенную, где культовый красный уйдёт в забвение.
На круглом столе IndieWire о телевизионном мастерстве 2026 года Грета рассказала: главное в новом сезоне — переменить цветовую палитру и вообще интонацию. Слово «красный» запретили на корню: теперь знаковый оттенок, ставший символом бесправия служанок, просто вымаран из кадра.
Создатели решили: если мы смотрим историю глазами нового поколения, а не бывших «узниц за стеклом», то и визуальная атмосфера должна быть иной. Главная героиня сериала — юная Агнес Маккензи (Chase Infiniti), и в этот раз зритель ловит не тоску, а скорее любопытство: что, если не знать иной реальности кроме замкнутого Гилеада?
По словам Зозулы, картинка стала ярче, воздух теплее — за фасадом всё так же назревает мрак, но теперь он скользит где-то рядом, а не давит вас лбом к полу.
Грета Зозула, работавшая ранее над лентами «The Half of It», «Three Women» и «American Sports Story», сняла шесть эпизодов сезона и вместе с командой формировала новый визуальный язык для шоу. Её подход показывает: даже культовую антиутопию можно перепридумать визуально — и сделать так, чтобы мир Гилеада смотрелся свежо и тревожно одновременно.
Если бы кто-то еще верил в оригинальность сериалов, его бы удивила новость: культовое красное платье из «Рассказа служанки» выкинули на антресоли. Грета Зозула, случайно оказавшаяся среди режиссеров нового «Заветы», решила — больше никакой алой депрессии, только свежий взгляд на угнетённую молодёжь Гилеада. Теперь в кадре цвета такие же пафосные, как выцветшие обои в администрации; визуальная палитра — будто в рекламе ипотечных кредитов: светло, чисто, чтобы не понятно было, где подвох. В центре — подросток, выросший в тюрьме без стен и не знающий других законов, кроме тех, что запрещают думать. Камера Зозулы осторожно делает вид, что стало теплее, но, боюсь, зрителю по-прежнему будет зябко. Креатив – это не когда режешь по живому, а когда переезжаешь мебель. Гылад обновлён, косметический ремонт закончен, страшно, как прежде, только в другой цветовой гамме. Мастер-класс для всех, кто думает, что можно просто выкинуть главный символ, и никто не заметит. Или всё-таки заметят?