Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Киноманы / Новости: сериалы, фильмы, премьеры»
Сергей Лукьянов, знаменитый актер театра и кино эпохи СССР, прожил жизнь, в которой драма разыгрывалась не только на сцене. Его смерть стала настоящей трагедией — прямо на собрании в Театре Вахтангова в марте 1965 года, где коллектив с присущей эпохе жестокостью публично критиковал директора Исая Спектора, Лукьянов заступился за друга. Этот эмоциональный порыв стоил ему жизни: 54-летнее сердце не выдержало, врачи только констатировали инфаркт. Ходили слухи, что здоровье пошатнулось еще раньше — когда он ушел от первой жены к молодой актрисе Кларе Лучко.
Лукьянов не всегда был близок к лицедейству. Его корни — возможно, дворянские, но вырос он в простой шахтёрской семье под Луганском, трудился шахтёром, лишь вскользь участвовал в самодеятельности, пока судьба не определила его на артистическое поприще. Образование получил в Харькове, первую славу заслужил в Архангельске, а в годы войны — уже в Москве, в театре Вахтангова.
В столицу Лукьянов перебрался в конце 30-х с женой-балериной Надеждой Тышкевич и дочерью Татьяной. Его сразу приняли в труппу театра Вахтангова, что было редкостью для «посторонних» — обычно путь туда лежал через Щукинское училище. А вот Лукьянов был настолько «глыбой», что его авторитет был неоспорим.
В годы войны он начал сниматься в кино, запоминаясь образами властных, но справедливых людей. Роль председателя колхоза в фильме «Кубанские казаки» стала для него поворотной и принесла Сталинскую премию. Но не только — там он встретил молодую Клару Лучко, что изменила его личную жизнь. Ради неё он ушёл от семьи, что стало тяжёлым испытанием для здоровья. В новом браке родилась дочь Оксана.
Пятидесятые и начало шестидесятых были для Лукьянова относительно спокойными: он играл главные роли, получал премии, становился народным артистом РСФСР, ездил на кинофестиваль в Канны с Лучко и снимался в значимых фильмах, включая советскую экранизацию Шекспира и детектив «Дело Румянцева». Но здоровье уже подводило, и творческая неудовлетворённость постепенно нарастала. Клара Лучко старалась помочь мужу, но болезнь мешала ему полностью реализоваться на сцене, даже несмотря на все усилия коллег и родных.
На злополучном собрании в 1965 году раздражение Лукьянова по поводу положения дел в театре вылилось в страстное выступление, которое и стало последним: инфаркт оборвал его жизнь прямо на глазах коллег.
Дочь Лукьянова от первого брака, Татьяна, пошла по актёрской стезе — работала в Театре на Таганке у Юрия Любимова, а её дочь, Дарья Поверенова, также стала известной актрисой, снимающейся в сериалах и кино. Дочь от Клары Лучко получила театральное образование, но выбрала профессию журналистки.
Первая жена Лукьянова скончалась в 2000 году, Клара Лучко — в 2005-м, пережив его на 40 лет. Оба похоронены на Новодевичьем кладбище, но на разных участках — знак, что даже после смерти судьбы их остались параллельны.
Редкий актёр советской эпохи мог бы представить себе такой финал — смерть на собрании, где всегда играют невыразимые трагедии, а в этот раз всё оказалось очень буквально. Лукьянов пытался быть не просто артистом и не просто человеком — а чем-то большим, и за этот пафос, видимо, пришлось расплатиться инфарктом и сожалением окружающих. Его жизнь описывает парадокс времени: кто бы мог подумать, что путь от шахтёра до лауреата Сталинской премии — это всего лишь очередная смена костюма, а всякая любовь оборачивается не только премиями, но и скандалами, а иногда и болезнью. Семейная драма с броском между жёнами, дочкой от одного брака, актрисой во втором и внучкой-звездой сериалов, — типичная драма на три поколения. Идеализма много, пользы мало: советский зритель узнаёт рецепты выживания — жертвуй счастьем ради иллюзорной справедливости — а потом лежи в своём углу знаменитого кладбища под присмотром другой легенды. Эта статья — пример того, как публичная мораль быстро меняется на коллективное бессилие: громкие речи, сценическая хватка, а итог — сердечный приступ и короткая заметка в летописи культуры. Не в первый и не в последний раз большая советская сцена становится простой ареной для жизненных конфликтов. И сколько бы ни сменялось поколений актёров, нерв этот времени одинаково рвётся на ноте разочарования — даже у самых больших звёзд.