Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Киноманы / Новости: сериалы, фильмы, премьеры»
Наследники Принса потребовали от федерального суда отклонить иск о товарном знаке, поданный Апполонией — актрисой, известной по фильму «Пурпурный дождь» 1984 года, где она выступила в роли возлюбленной Принса. Имя героини — Апполония — стало сценическим псевдонимом Патрисии Апполонии Котеро, под которым она вот уже более 40 лет ведет творчество: выпускает музыку, выступает на сцене, записывает сольные альбомы и руководит женской группой Apollonia 6, которую, кстати, тоже основал Принс.
Недавно Котеро подала в суд на компанию наследников артиста Paisley Park Enterprises, обвинив их в попытке «украсть» её сценическое имя. Она утверждает, что сам Принс разрешил ей развивать карьеру под этим именем, и вся репутация проекта «Апполония» сложилась благодаря её работе за четыре десятилетия.
Иск Котеро связан с тем, что в июне наследники Принса подали заявку в патентное ведомство США на право использования имени «Apollonia» для мерчендайза и развлекательных услуг. По мнению ее юристов, наследники поступили некорректно, присваивая себе имя, под которым она сама творит долгие годы.
Однако представители Paisley Park Enterprises отвечают: иск Котеро лишен оснований. По их заявлениям, никакой враждебности и запрещения пользоваться сценическим именем не было и не будет. Один из управляющих наследием Принса, Л. Лонделл Макмиллан, отметил, что неоднократно лично заверял Апполонию: претензий к её деятельности и использованию псевдонима у них нет.
По словам PPE, иск Котеро — это реакция на бюрократические формальности: они лишь хотели зарегистрировать название группы Apollonia 6, но были заблокированы исполняющимся правом Котеро на имя «Apollonia». Более того, представители наследников утверждают, что Котеро зарегистрировала товарный знак после смерти Принса, в период неразберихи с управлением его наследием — и это, по их мнению, может стать основанием для аннулирования регистрации.
Юрист Апполонии заявил, что его клиентка рассчитывает выиграть процесс. В ближайшие месяцы у нее будет шанс дать официальный ответ на попытку наследников отклонить её иск.
Напомню: Принс ушёл из жизни в 2016 году от передозировки фентанилом, ему было 57 лет.
Также в этом году сообщилcя, что многосерийный документальный фильм о жизни и творчестве Принса для Netflix отменён. Вместо него по «договорённости с наследниками» будет подготовлен новый фильм с уникальными архивными материалами.
Пока публика с ностальгией вспоминает «Пурпурный дождь», юридические представители Принса и Апполонии устраивают своё шоу — причём гонорары там явно выше, чем за любой сингл 80-х. Полемика вокруг товарного знака «Apollonia» больше похожа на спектакль для опытных юристов, чем на борьбу за искусство. Логика проста — если они могут монетизировать даже имя умершего артиста, значит, не так уж и важно, кто в действительности сделал это имя известным: тот, кто писал музыку, или тот, кто первым оформил бумаги.
«Мы никому не мешаем!» — таков официальный ответ наследников. Опытные слушатели тут же вспомнили, как похожие фразы звучат во всех спорных делах о наследстве, когда на карту поставлены хоть какие-то активы. Странное совпадение: регистрация прав на имя Apollonia началась аккурат после смерти Принса. Юридические метания Котеро вполне объяснимы — на кону её творческая личность, а значит, перспектива стать участником корпоративной лотереи не слишком радует.
Добавим сарказма: Netflix так расчувствовался по поводу неразрешённой драмы, что решил не снимать о Принсе десятисерийный сериал — видать, не договорились о размере платы за доступ к «архивным материалам». Уж больно всё по-шекспировски: смерть, борьба за имя, бизнес-амбиции и немного искусства для вида. Но душа — не товарный знак: сколько бы не судились, музыку уже не вернуть, она давно перешла в плейлисты и воспоминания. Всё остальное — бюрократический рок-н-ролл без бисов.