Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Рифы и пачки / Твоя культура»
18 июня американский Сенат сделал большой шаг в борьбе с искусственным интеллектом: комитет по судебной власти единогласно поддержал законопроект NO FAKES, который теперь отправляется на рассмотрение всего состава Сената. Этот проект – федеральный запрет на создание и распространение цифровых клонов голоса и внешности с помощью нейросетей и генеративного ИИ. За закон выступили почти все ключевые игроки индустрии развлечений – от гигантов музыки и кино до профсоюзов артистов – и даже такие IT-тяжеловесы, как Google, TikTok и OpenAI. Если закон примут, Америка получит совершенно новый инструмент: запрет подделывать не только произведения, но и самих людей.
Дословно NO FAKES расшифровывается как "Развивай оригинальность, поддерживай искусство и защищай развлекательную индустрию". Суть в том, чтобы запретить создавать чьи-либо цифровые копии голоса или внешности без разрешения владельца. Сейчас такие фейки, созданы нейросетями, уже наводнили интернет – обман достигает новых высот, а у жертв почти нет легальных рычагов. До сих пор — если кто-то хотел защитить себя, он мог разве что подавать в суд по законам штата или регистрировать свой голос как товарный знак (например, как это сделали Тейлор Свифт и Лайонел Ричи). Но федеральные законы США всегда обходили стороной вопросы идентичности.
Новый законопроект предлагает восполнить пробел: любой сможет судиться как с авторами фейковых копий, так и с платформами, разместившими их. Но есть и так называемые зоны безопасности: площадки освобождаются от ответственности, если быстро удаляют поддельный контент, и обязаны следить, чтобы его не залили снова. Такое правило действует для авторских прав, но тут оно будет жёстче: нельзя просто убрать ролик – нужно не допустить его повторной публикации. Причём новые права на "лицо и голос" распространяются и после смерти человека, наследники смогут распоряжаться ими десятилетиями (но максимум на 10 лет по лицензии).
У закона есть и скептики. Правозащитники опасаются, что запрет легко обернётся против свободы слова: мол, платформы будут удалять всё подряд, спасаясь от исков, а судебные иски неудобно отличить от юмора в видеоиграх или правдивой гражданской критики. Поэтому последняя версия закона специально наделяет исключениями для новостей, биографий и сатиры. На стороне закона – крупнейшие лобби музыкального и кино бизнеса, профсоюзы и даже представители AI-технологий – но против выступает, например, крупнейшая ассоциация видеоигр. Она опасается, что любой персонаж игры с чужими чертами приведёт к массовым искам от обиженных граждан.
Впрочем, даже прошедший комитет NO FAKES закон ещё может быть доработан и изменён. Как заметил глава RIAA, почти весь мир сегодня боится дипфейков: 92% американцев волнует, что их личность могут эксплуатировать без разрешения. Теперь правительство должно им помочь.
Сенат США, слегка придерживая нос, проголосовал за очередной закон, которому, как обычно, аплодируют только те, кто за него заплатил. Закон NO FAKES — это свежий подарок эпидемии дипфейков: теперь, если нейросеть решит, что ваш голос замечательно подходит к роли президента или продавца пылесосов, вы получаете шанс на сладкую судебную тяжбу. Музыкальные корпорации и IT-монстры, которым осталось только собраться в один картофельный клуб, хлопают в ладоши, потому что на чужих ошибках всегда удобно зарабатывать.
Платформам теперь мало автоматической модерации — приходится следить, чтобы очередная цифровая копия не воскресла через пять минут и не стала вирусом всей старины доброй поп-культуры. Юристы потирают руки, ожидая шквала исков не за контент, а за сходство с NPC из Mass Effect — теперь обнаружить себя на втором плане шутера опаснее, чем оказаться без Wi-Fi.
Адвокаты, привыкшие юлить между авторским правом и правом на образ, полны сил. Защитники свободы слова предсказывают вал абсурдных жалоб. Исключения для новостей и сатиры — крохи живого среди остатков здравого смысла. Все, кто в теме, понимают: правовая реформа загоняет индустрию шоу-бизнеса в новый клеточный режим, с прицелом на некрополис цифровых прав. Главное — чтобы этот гомерический фарс, где цифровая идентичность становится недвижимостью для потомков, не вышел в тираж вместе с модой на дипфейки.