Довлатов: смерть в дороге

24 августа 1990 года в Нью-Йорке умер Сергей Довлатов — русский писатель, журналист и один из самых заметных авторов XX века. Ему было 48 лет: до 49-летия оставалось десять дней.

В тот день Довлатов находился в гостях у журналистки Алевтины Дробыш. Он пожаловался на острую боль в животе. Хозяйка поила его ромашковым чаем, но состояние не улучшалось, поэтому вызвали скорую помощь. Машина приехала быстро, однако, по воспоминаниям Дробыш, медики долго расспрашивали больного и потеряли драгоценное время.

Сначала Довлатова повезли в одну клинику, но там отказались его госпитализировать из-за отсутствия медицинской страховки. Затем его направили в муниципальную больницу. До неё писатель не доехал и умер в машине. Официальной причиной смерти стала острая сердечная недостаточность. Боль в животе, как выяснилось, была симптомом инфаркта.

Вопрос о том, можно ли было спасти Довлатова, до сих пор обсуждается. Алевтина Дробыш считала, что своевременная квалифицированная помощь могла изменить исход. Писатель и журналист Владимир Исаакович Соловьёв в эссе «Как убили Довлатова» выдвинул ещё более жёсткую версию: по его словам, санитары заставили Довлатова приседать, затем уложили на спину и крепко пристегнули к носилкам. Дробыш не разрешили ехать вместе с ним, поскольку она не была родственницей.

Соловьёв утверждал, что по дороге Довлатова трясло, а лёжа на спине он захлебнулся рвотными массами. Шофёр скорой, по его воспоминаниям, сказал: «He choked on his own vomit» — «Он захлебнулся собственной рвотой». Соловьёв называл произошедшее непреднамеренным убийством. Однако это именно версия мемуариста, а не установленный судом юридический факт.

О трагических обстоятельствах смерти писал и Иосиф Бродский в эпитафии Довлатову. Он упоминал летний день, машину скорой помощи в Бруклине, кровь и двух санитаров пуэрториканского происхождения. Бродский подчёркивал, что сам Довлатов мог бы превратить такой кошмар в рассказ — но жизнь написала его без всякого чувства меры.

Здоровье писателя было подорвано задолго до эмиграции. В Ленинграде врачи диагностировали у него цирроз печени и настойчиво запрещали алкоголь и курение. Довлатов отвечал привычной иронией: «Алкоголизм излечим, пьянство — нет». Людмила Штерн считала, что он буквально «утопил себя в водке», понимая, что любой следующий запой может стать последним. Эрнст Неизвестный называл его запои сродни самоубийству.

Кроме того, Довлатов страдал от депрессии. В Нью-Йорке его литературная карьера заметно продвинулась: его рассказы печатал The New Yorker. Среди русских авторов, публиковавшихся там, также были Владимир Набоков и Иосиф Бродский. Но успех не отменил одиночества и тяжёлого психологического состояния. Довлатов писал: «Пьянство моё затихло, но приступы депрессии учащаются».

По воспоминаниям Евгения Рейна, в последние годы Довлатов считал, что больше не способен писать, и отказывался от психиатрической помощи: «Лечиться не буду и в психиатрию не верю». Поэтому его смерть связывают не только с событиями в машине скорой, но и с долгим разрушительным воздействием алкоголя, стресса и депрессии. При этом утверждать, что без изменения образа жизни он был «обречён», можно лишь как мнение, а не как доказанный медицинский вывод.

Широкая посмертная известность пришла к писателю позднее. В 2016 году в Санкт-Петербурге, на улице Рубинштейна у дома, где он жил, установили памятник. Для этого сделали исключение из городского правила: обычно монументы ставят не раньше чем через 30 лет после смерти. Проект поддержали около 10 тысяч подписей горожан.

С 2011 года в деревне Березино работает музей в доме, описанном в повести «Заповедник». Именем Довлатова назван переулок в Уфе, его родном городе; мемориальные доски установлены в Уфе и Таллине. С 2016 года в Петербурге ежегодно проходит фестиваль «День Д». В 2026 году он состоялся в десятый раз и был посвящён 85-летию писателя: в программу вошли иммерсивные спектакли, квартирники, читки, прогулки по местам Довлатова и шуточный «рюмочный ход» по барам. В Сквере Довлатова звучал джаз, а у памятника писателю и его собаке Глаше прошёл парад фокстерьеров.