Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Культура TODAY / Зарубежная культура»
Пятничное объявление Телевизионной академии США о том, какие номинации будут вручаться на торжественных церемониях вручения премии Эмми (в два этапа: 5 и 6 сентября — технические, и 14 сентября — основная церемония), вызвало бурю негодования в среде профессионалов индустрии развлечений и постоянных зрителей премии.
В обычном режиме вечерняя прямая трансляция Primetime Emmys содержит вручение всех ключевых наград в жанрах «Драма», «Комедия», «Ограниченная серия» (mini-series или anthology — то есть законченное произведение) и «Ночное шоу», плюс самые яркие или необычные категории, которые помещаются в хронометраж — например, «Лучшее реалити-шоу».
Но в этом году Академия заявила, что из полной версии шоу вырезают выдачу ряда наград: за сценарий, режиссуру и лучшие роли второго плана в антологиях, мини-сериалах или телефильмах. Официально — чтобы сделать эфир ещё более «динамичным и адаптированным под современную ТВ-аудиторию».
На такой финт ушами сразу отозвались профсоюзы: Гильдия режиссеров (DGA), сценаристов (WGA) и актеров (SAG-AFTRA) опубликовали жесткое совместное заявление. По их мнению, исключая эти категории из прямого эфира, Академия просто обесценивает труд специалистов, которые и делают телевидение тем, чем оно стало сегодня. На данный момент сама Академия никак не ответила — впрочем, история подобных решений намекает, что окончательный состав номинаций еще не утвержден.
Два года назад уже была попытка «оптимизировать» трансляцию — тогда хотели выкинуть премию за лучший сценарий в жанре «развлекательная программа». Индустрия массово возмутилась, была петиция с большим числом громких подписей — и телевизионное руководство отыграло назад.
Еще более интересный прецедент был в прошлом году: спустя две недели после публикации списка номинаций оказалось, что в шоу зачем-то решили вернуть награду за лучшее живое телевизионное шоу (variety special — live). Никто особо не бунтовал, но, говорят, организаторы хотели заманить на церемонию кого-то из больших звезд в духе Beyoncé или Kendrick Lamar. Однако, если сейчас они вырезают номинации для актеров второго плана в ограниченных сериях — идея, что всё делается ради селебрити, явно не очень жизнеспособна.
С учетом всего этого, предыдущий опыт подсказывает — шансы на то, что части номинаций всё же вернут на большую сцену, вполне реальные. Хотя бы потому, что главное (и уникальное!) в премии Эмми — это речи победителей. Всё остальное можно нарезать хоть на TikTok.
Телевизионная премия Эмми, кажется, окончательно превратилась в поле битвы между жаждущими попасть в эфир селебрити и людьми, которые эту самую индустрию реально создают. Академия пытается «модернизировать» свою церемонию — выкидывая из прямого эфира не такие уж и второстепенные номинации: за сценарий, режиссуру и работу «тёмных лошадок», без которых мини-сериалы никогда не стали бы хитами. В итоге возникла классика жанра: профсоюзы дружно заклеймили эту подковёрную реформу, а телеканалы ожидают — чем же закончится это обострение.
Исторические детали словно намекают: такие ходы — не новинка и часто для вида, чтобы устроить показушный обмен мнениями между менеджерами и «творцами». Буквально пару лет назад аналогичный пожар быстро потушили коллективной петицией, а ещё через год тихо вернули урезанные номинации, когда в организаторах проснулся азарт заманить очередную звезду на сцену. При этом мирно сидящая в тени Академия будто ждет, какой шум поднимется на этот раз.
В финале узнаём старую истину: ценность Эмми держится не на количестве медийных персон в кадре, а на том самом моменте — уникальных 30-секундных речах победителей. Эти речи не вырежешь и в TikTok. Всё остальное — упражнение в пиаре и повод поговорить о «кризисе контента» — великой национальной забаве США. Для российской аудитории за этим наблюдать куда пикантней, чем кажется: скандал, как вид искусства, у них всё же развит куда лучше, чем сама церемония.