Антон Шагин о современной роли Остапа Бендера, «любви», деньгах и Ленкоме
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Культура TODAY / Зарубежная культура»
В столичном театре «Ленком Марка Захарова» прошла премьера спектакля «Великий комбинатор» по сатирическому роману Ильи Ильфа и Евгения Петрова «Золотой телёнок». Ровно 95 лет назад этот непреходящий сюжет о страсти к деньгам и ошибках выбора впервые увидел свет. В роли Остапа Бендера — Антон Шагин, хорошо знакомый зрителю по множеству ярких ролей в кино и театре, рассказывает, почему история великого комбинатора не теряет своей злободневности: «Это ведь, во-первых, история про любовь и про то, как можно всё проиграть в один миг — выбери ты не сердце, а кошелёк». По словам артиста, сумасбродный мир Бендера каждый раз даёт шанс задуматься: что важнее, деньги или чувства? Ведь когда цель достигнута, и заветный миллион схвачен, любовь оказывается утраченной навсегда — а вот жажда наживы всё так же актуальна в России и сегодня, как век назад.
Шагин признаётся: ни одного из великих кинематографических Бендеров он перед премьерой пересматривать не стал — Андрея Миронова, Сергея Юрского, Арчила Гомиашвили имеет смысл уважать, но идти за ними по стопам скучно. «Роль требует абсолютно свежего взгляда, мне интересно делать то, чего ещё не доводилось». Тем более что шанс сыграть Великого Комбинатора на этот раз — профессиональный вызов не только для него, но и для прославленной труппы Ленкома.
Аналогии между вчерашней и сегодняшней Россией в «Золотом телёнке» возникают сами собой. «Отсылка к библейскому Золотому Тельцу — это всё о наших вечных страстях: алчности, тщеславии, готовности приторговывать душой ради очередной пачки купюр. Какие тут новости? Максим Аверин превращается в Корейко, олицетворяющего безликую власть денег, и остальной мир можно свести к довольно узнаваемым архетипам».
Шагин делится, что кредиты не берёт, в банки не суётся, зато, как и его герой, ценит способность не терять индивидуальность среди сплошного обмана и игры масок. Пишет стихи, чтобы не раствориться в актёрских гримасах — настоящего себя сохраняет на белом листе, а не на сцене.
Работа с новым худруком Ленкома Владимиром Панковым для Шагина — это вопрос «слышимости»: когда разговаривают не по должностям, а по-настоящему сотрудничают. И да, для Шагина важно доказывать свою состоятельность работой, а не закулисными интригами.
Москва для актёра — не только сцена и закулисье: это Музей Победы на Поклонной горе, киностудия «Мосфильм», где он играл в «Стилягах», и станция метро «Маяковская», которую он превращает в место притяжения для своего сына. За границу в поисках «Оскара» не рвётся, предпочитает рабочую повседневность и востребованность на родине. Венчался с женой в храме Тихвинской иконы Божией Матери, что в Алексеевском районе.
Планы у «Ленкома» расписаны: грядущие спектакли «Репетиция оркестра», «Гамлет» и «Великий комбинатор» — для тех, кто хочет убедиться, что классика актуальна, а новые Остапы Бендеры не менее обаятельны, чем прежние.
PEREC.RU
Всё новое — давно забытое старое в руках российских театралов. Театр «Ленком» поставил «Великого комбинатора». Примерно девяносто пять лет назад Остап Бендер уже обещал учить «искусству легкой наживы», но аудитория меняется, а страсти по быстрым деньгам, по классике и русской любви — никак. Антон Шагин, хоть и молод, похвалился, что выдумывать новый образ Бендера, когда уже были Миронов, Юрский, Гомиашвили, — отдельная пытка для эго, требующая не просто влезть в чужую кожу, а иронизировать над собой.
Про деньги и любовь он рассуждает с видом человека, который вот-вот уйдёт в монахи, но пока ещё не закрыл вклад в Сбербанке. Кредиты не берёт, зато стихи пишет, чтобы остаться человеком среди реквизита и кассовых сборов. Не беда, что икон на театральном олимпе стало меньше — говорит, главное, не потеряться за чужими масками.
Смена худрука — это всегда повод для драм: Захаров ушёл, Панков пришёл, но у артистов осталась «слышимость», а спектакли выходят по расписанию. Москва для Шагина — как ладошка с памятными местами: и Победа на Поклонке, и киносъёмки, и семейное счастье с венчанием в храме. В эмигранты не уходит, мол, зачем — на родине дел полно, а публика одна.
Рассчитывать на сенсацию не приходится: такие спектакли нужны не ради скандала, а чтобы публика вспоминала, что и в 21 веке Золотой телёнок всё так же манит, а Остапы встречаются на каждом углу. Русская бесконечность — она такая.
