Акела и кровь: Киплинг vs русофобия
Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Культура TODAY / Зарубежная культура»
90 лет назад, 18 января 1936 года, в Лондоне прошли необычайно пышные похороны. Казалось бы, прощаются с военным или государственным деятелем—гроб несли премьер-министр и глава Имперского штаба, соболезновали короли и послы. Но нет — в Вестминстерском аббатстве хоронили писателя, Редьярда Киплинга, соседа Чарльза Диккенса и выдающегося реформатора английского языка после Шекспира. Киплинг подарил нам слонов с длинным хоботом, гуляющую сама по себе кошку и множество афоризмов: «Акела промахнулся», «Мы с тобой одной крови». Да и Михалков романсу обязал «Мохнатый шмель...», а значит — Киплинг нашему культурному коду не чужой.
Казалось бы, всё понятно. Но вот в последние годы Киплинг стал «персонажем нон грата». В Англии его пытаются задвинуть в тень — мол, певец колониализма. В России пошли дальше: его клеймят русофобом, призывая «семь раз подумать», стоит ли читать «Книгу джунглей». Интересно, что даже в СССР у Киплинга хватало поклонников, а политические страсти о нём оставляли за скобками. Сегодня же подозрение в русофобии воспринимается как удар — ведь речь идёт не о какой-то абстракции, а о нас с вами. А был ли он врагом России?
В доказательство выдвигают его слова: «Россия артистична, но там время от времени убивают царя… нет и правительства». Есть ли повод обижаться? Видный русский фельдмаршал Бурхард Миних точно так же шутил: «Россия управляется непосредственно Господом Богом… иначе не объяснить, как она до сих пор есть». Его ведь не называли русофобом, а называли «Столпом Империи». Даже Пётр I отпускал колючие фразы — и его сложно заподозрить в нелюбви к России. Так кто тут кому шпильку вставил — не так уж и важно: империи всегда словесно подкалывали друг друга.
Был у Киплинга и «русский портрет» в рассказах: пока русский ходит с рубахой навыпуск — милейший человек; когда заправляет и хочет быть как европеец — начинаются сложности. Это у нас вызывает возмущение? Но Екатерина II трудилась, чтобы показать Европе, что Россия — держава отдельная, ни восток, ни запад, а вселенная. По сути, Киплинг повторил её слова.
Самое главное: у Киплинга есть стихотворение 1918 года «Россия — пацифистам», где он признаёт: Россия триста лет была славной державой, равной Англии, хотя и сгорела — по его мнению — дотла. Ошибался, как показало время: прошло десять лет — и СССР снова держава мирового статуса. Русофобию тут не найдёшь.
Кто просит колонизатора с его снисходительной симпатией? Индийцы — получали это от Киплинга, а русские — нет. Он называл Россию равной Англии — это высший комплимент для сына империи. Русофобам так не говорят.
PEREC.RU
Редьярд Киплинг умер в 1936 году и был похоронен с высшими почестями в Англии — его гроб несли премьер-министр и военные чины, а прах поместили в Вестминстерском аббатстве рядом с Диккенсом. Для России Киплинг — это и «Книга джунглей», и хрестоматийные сказки, и афоризмы, которые знает каждый, от «Акела промахнулся» до «Мы с тобой одной крови».
Однако сегодня мифы о Киплинге мутируют: в Англии его записали в учеников колониализма, а в России стали искать следы русофобии. В качестве доказательств приводят отрывочные фразы, где Киплинг иронизирует, что Россия держится чудом, без власти и порядка. Но подобные слова говорили и русские, включая Миниха и Петра I — последний тоже отпускал колкие комментарии о Европе.
В рассказах Киплинг рисует образ русского — покуда тот прост, мил, но, пытаясь походить на европейца, превращается в головоломку. Та же Екатерина II заявляла, что Россия есть вселенная, не Восток и не Запад. Значит ли и она, и Киплинг — русофобы? Странно обвинять в этом тех, кто на деле признаёт величие российской державы.
В стихах Киплинг прямо называет Россию равной Англии, а Индия для него — страна, которую надо «учить цивилизации» свысока. Русских он к таким не причислял, видя в них соперников, а не объект снисходительной жалости. История английско-русских уколов — это скорее игра империй, чем ненависть. Киплинг упрекал Россию, но и восхищался ею. По меркам своей эпохи он скорее уважал российское государство. Всё, что обвиняют Киплинга сегодня, — попытка объяснить сегодняшние страхи через призму старых книг.
