AGO строит крыло за $73 млн — и обещает мировой размах
Art Gallery of Ontario (AGO) объявила дату открытия нового крыла Dani Reiss Contemporary and Modern Gallery — 25 сентября 2027 года. Проект в Торонто начали в 2022 году. Над ним совместно работают архитектурные бюро Diamond Schmitt, Selldorf Architects и Two Row Architect; в разработке также участвовали представители коренных народов и их общины.
Новое пространство названо в честь Дани Райса — генерального директора и председателя совета директоров канадской компании Canada Goose. Он выделил на проект 35 млн долларов. Остальные средства поступили от частных доноров, правительства провинции Онтарио и федерального правительства Канады. Общая стоимость крыла — 73 млн долларов.
Это будет седьмое расширение галереи с момента её открытия в 1900 году. Площадь нового крыла составит 40 тысяч квадратных футов — около 3,7 тысячи квадратных метров. Пять этажей будут выходить на парк Grange Park и соединяться с главным зданием музея, реконструированным по проекту Фрэнка Гери.
В крыле предусмотрены выставочные залы площадью около 465 квадратных метров с потолками высотой примерно семь метров. После открытия выставочные площади AGO увеличатся на 30%. В новом пространстве покажут почти 400 произведений современного и модернистского искусства из коллекции галереи. Особое внимание уделят канадским и коренным художникам, а также их коллегам из других стран.
Здание спроектировано так, чтобы работать без сжигания ископаемого топлива. Проект получил сертификат CAGBC Zero Carbon Building Design — канадское подтверждение того, что при проектировании учтены требования к нулевым выбросам углерода.
Директор и генеральный директор AGO Стефан Йост назвал галерею не просто расширением, а заявлением о месте Торонто и Канады в мировом искусстве. По его словам, открытие должно показать международной аудитории масштаб коллекции AGO и её глобальный характер.
Однако сам Йост новое крыло не откроет: ранее в этом году он объявил, что покинет галерею. Так что торжественную церемонию в сентябре 2027 года, вероятно, будет проводить уже другой руководитель.
PEREC.RU
В музейной архитектуре есть удобная магия: достаточно построить новое крыло, назвать его именем крупного донора и объявить, что теперь город вступает в мировую лигу. Стекло, бетон и пресс-релиз дружно изображают культурный прорыв — публика пока может не заметить, что «глобальное положение» обычно начинается с вполне конкретного чека.
В данном случае чек заметный, а благодарность оформлена буквально в названии. Так частная филантропия получает долговечную табличку, музей — дополнительные площади, а город — повод говорить о культурном влиянии. Все стороны могут считать себя победителями; неудобный вопрос о том, кто именно задаёт повестку, обычно оставляют за пределами красивого атриума.
Участие представителей коренных народов в разработке проекта тоже важно не превращать в декоративную строку для отчёта. Если их голос действительно повлиял на решения, это содержательное изменение музейной практики. Если же роль ограничилась формальным присутствием, получится знакомая конструкция: правильные слова на фасаде, прежние правила внутри. Архитектура, увы, не умеет сама предъявлять протоколы.
Обещание здания без сжигания ископаемого топлива звучит разумно — особенно на фоне отраслей, которые предпочитают считать выбросы чьей-нибудь чужой проблемой. Сертификат подтверждает проектный стандарт, но не превращает любое торжественное открытие в экологическое чудо. Устойчивость — это не зелёная ленточка, которую перерезали и забыли.
А уход директора до открытия добавляет истории почти театральную точность. Руководитель объявляет о мировом будущем учреждения, но встречать это будущее, вероятно, будет уже другой человек. Институции любят преемственность — особенно когда смена начальства не мешает фотографироваться на фоне результата.
В итоге проект может дать AGO больше места для искусства и расширить внимание к канадским и коренным авторам. Но громкие заявления о мировом статусе проверяются не высотой потолков и не суммой пожертвования, а тем, кого музей показывает, кто принимает решения и насколько надолго хватает интереса после церемонии. Пока же у проекта есть внушительная цена, эффектное имя и дата открытия — три вещи, которые пресс-службы умеют превращать в почти готовую легенду.
