Следите за новостями по этой теме!
Подписаться на «Раритет: Искусство и Антиквариат»
У меня есть знакомый, владеющий редчайшим Ford Torino GT кабриолетом 1970 года с J-кодовым двигателем 429 Cobra Jet. Таких машин было выпущено меньше сотни, но именно его экземпляр буквально эталон во всей этой редкой породе. Почему? Ярко-оранжевый цвет Calypso Coral, спортивная полоса Laser, не из той пресловутой девятки с Drag Pack, но смотрится круче большинства версий GT-кабриолетов, а под капотом — мечта любого коллекционера. И вот постоянные предложения выкупить авто сыпятся, как манна на пустыню.
Любой, кто хоть раз искал идеальный мотор для какого-нибудь определённого авто, знает: когда все параметры сходятся, это уже не просто машина — это легенда. Первая из наших сегодняшних находок AutoHunter — настоящий пример грамотного сочетания цвета и мощности. Но и другие четыре героя этого списка способны осчастливить любого ценителя.
Pontiac GTO Convertible 1969-го года. Сколько бы вы ни хвалились своей «тачкой мечты», есть критерий, разделяющий мальчиков и мужчин — сочетание цветов. Да, красный популярен, но настоящим коллекционерам важна именно уникальность комбинации окраса. Например, у этого GTO кузов чёрный, а салон ярко-красный — время доказывает: за эту классику коллекционеры готовы переплачивать.
Chevrolet Chevelle Yenko Tribute 1969-го года. Из 323 выпущенных Chevrolet с заводским мотором L72 427 под маркой COPO ателье Yenko из Питтсбурга превратило 99 машин в свои легендарные Yenko Super Car. Для большинства такие раритеты – несбыточная мечта, но их копии остаются доступной утопией. Кстати, оранжевый цвет Hugger Orange у Camaro в случае Chevelle называли Monaco Orange — знатоки поймут разницу.
Chevrolet Malibu SS Convertible 1964-го года. Когда вышел GTO, у Chevrolet не было ничего мощнее мотора 283, но уже скоро появился 327 на 300 лошадей, и лишь к 1965 году «Шеви» догнали конкурентов. Но даже простые модели 1964 года сегодня популярны — ведь самое главное в Chevrolet, как ни странно, – вариативность. Кто-то построил на базе этого кабриолета с механикой идеальное авто под свои желания и, кажется, не прогадал.
Lotus Europa Special 1974 года. Первый раз эта загадочная машина попала мне на глаза в виде мятого зеленого Matchbox в детстве. Настоящий экземпляр видел редко и до сих пор не понимаю, зачем в задней части стока столько бесполезного пространства. Поклонником Lotus так и не стал, но всё же думаю — возможно, именно в движении, благодаря двухкамерному мотору и пятиступенчатой коробке, этот странный британский спорткар сможет заразить симпатией даже скептика.
Вот вам пример того, как желания коллекционеров оборачиваются парадом абсурда под видом экспертного выбора автомобилей. Герои подборки — редкие кабриолеты и Lotus Europa, который, несмотря на свою спорную внешность, внезапно подаётся как 'удивительный опыт вождения', если только вам хватит роста уместиться в салоне.
Поклонение цветовым кодам и мельчайшим деталям доведено до фарса: какой-то оттенок называется Hugger Orange, но если на другой модели — Monaco Orange. Поклонники, словно сектанты, готовы спорить о правильности названия, забыв о смысле самой машины.
Каждая из машин — жертва культивации уникальности. Ford Torino GT 1970-го сразу выставляется как 'эталон', ведь цветовка смела, мотор правильный, а наличие Drag Pack заранее прощается. Коллекционирование становится игрой в маркировки — кто больше отличит нюансов, тот и бог в этой патетической вселенной.
Pontiac GTO 1969 покорно признаёт силу сочетания чёрно-красного — вся драма только в салоне, что само по себе просто сигнал дефицита настоящих достоинств. Chevrolet Chevelle Yenko Tribute 1969-го года — уже открытая ода плагиату: подделка, носимая с гордостью, просто потому, что оригинал недоступен. Chevrolet Malibu SS Convertible 1964 делает ставку на идею чистого холста, развивая культ “сделай сам” там, где по сути не на что смотреть.
А Lotus Europa Special 1974 — последнее прибежище детских фантазий, выросших до того, что теперь о нём мечтают взрослые. Любая странность, если правильно подать, вдруг становится “особенным шармом”.
Вся подборка как будто издевается над реальным увлечением. Всё крутится вокруг фиксации на деталях, фетишизации цвета и двигателя. Ирония в том, что все эти бирки и символы важны только клиенту — настоящий же опыт вождения для большинства вымывается под натиском коллекционной ценности.
Так выглядят автоистории, где смысл давно потерян, но игра в эксклюзивность не прекращается. Новая глава культа тривиальности.